В Донецке в последние несколько дней началась массированная анонимная кампания по запугиванию национальных меньшинств Украины. В городе в разных местах стали появляться листовки с антисемитскими угрозами. На листовках стоит печать самопровозглашенной Донецкой Народной Республики.
В распоряжение Би-би-си попали кадры съемок камер наблюдения, на которых видно, как мужчины в масках раздают эти листовки. Сами сепаратисты называют их фальшивкой.
Тем не менее, как передает из Донецка корреспондент Би-би-си Наталья Антелава, эти листовки вписываются в более широкую анонимную кампанию запугивания, направленную против меньшинств в Украине.
Ася Креймер смеется громко. Она говорит, что когда несколько дней назад она зашла на «Фейсбук» и увидела листовку, требующую от евреев зарегистрироваться и заплатить налог либо покинуть «Донецкую республику», то тоже рассмеялась.
«Это казалось так смешно, – говорит Ася, нарезая кошерную курицу к еврейской пасхе у себя на кухне в Донецке. – У нас же никогда здесь не было никаких проблем. Мои друзья, украинцы и русские, уважают меня за то, что я еврейка. Поэтому увидеть этот клочок бумаги – было одновременно противно и смешно».
Лидеры «Донецкой народной республики» называют антисемитскую листовку фальсификацией
Листовки раздавали несколько дней назад люди в масках перед зданием донецкой синагоги. Потом стали говорить, что это фальсификация.
Лидеры пророссийской сепаратистской группировки, провозгласившие «Донецкую народную республику», упорно открещиваются от этой прокламации, называют ее провокацией и попыткой властей в Киеве дискредитировать их.
Однако независимо от того, кто реально стоял за листовками, сам факт их появления – уже достаточный повод для беспокойства для части 15-тысячной еврейской общины Донецка.
«Это еще одна иллюстрация той мерзости, которая тут возникает. Я не думаю, что евреям угрожает непосредственная опасность, но все это – часть плана столкнуть людей друг с другом», – говорит Креймер.
Антисемитизм наложил глубокий отпечаток на историю семьи Креймер. В 1941 году, когда вторглись немцы, пять ее теток были закопаны в землю заживо. А в следующие годы оккупации были истреблены и многие другие родственники.
Но саму Асю за 66 лет ее жизни почти не трогали. Со времени распада Советского Союза у нее было много возможностей эмигрировать, но она не желала никуда уезжать.
А несколько недель назад Креймер начала учить немецкий.
«Я думаю поехать в Германию. Первый раз за всю жизнь я задумалась об отъезде. Я боюсь России. Не народа, а власти. Я думаю, что Запад недооценивает опасность Путина», – сказала мне женщина.
По словам главного раввина Донбасса Пинхаса Вышедского, «есть ощущение, что кто-то пытается втянуть нас в политическую игру между Россией и Украиной».
Он призвал украинские спецслужбы взять еврейскую общину под особую защиту, но те пока не откликнулись на его призыв.
Анонимки с угрозами в адрес этнических меньшинств на Украине появляются не в первый раз.
Во время российской аннексии Крыма коренные жители полуострова, крымские татары, оказались в аналогичной ситуации. В 1940-е годы Сталин депортировал все крымско-татарское население в Центральную Азию.
Начиная с 1980-х годов многие из них вернулись в Крым. Но в прошлом месяце, пока российские войска захватывали украинские военные базы, неопознанные молодые люди с палками ходили по этнически неоднородным районам и помечали двери домов крымских татар крестами.
«То же самое делала сталинская полиция за несколько дней до того, как нас загнали в поезда и выслали в Центральную Азию», – объясняет житель Бахчисарая Рустам Кадыров. На его доме тоже кто-то нарисовал крест.
«Не знаю, что это делает, но нас пытаются запугать», – считает он.
Президент Путин говорит, что Киев попирает права русскоязычного населения Украины. В Москве украинских националистов и особенно мощную группировку «Правый сектор» называют фашистами.
Со времени распада СССР украинское правительство так и не смогло принять ни одного закона, гарантирующего языковые и прочие права меньшинств.
Однако большинство представителей еврейской и крымско-татарской общины, с которыми я беседовала, считают, что в проевропейской Украине они себя будут чувствовать в большей безопасности, чем в России.
«Я не боюсь «Правого сектора». А России – боюсь», – подчеркивает Ася Креймер, русскоязычная, как и большинство местных евреев.
«Есть ощущение, что это конец той жизни, которую мы знали. Листовки – это лишь малая часть, но важно то, что Россия пытается посеять смуту. Они придумали новый тип геноцида, новый тип войны. Извне кажется, что ничего страшного, ведь к счастью мало кого убили и насилия было немного. Но Россия убивает нашу государственность, нашу нацию», – продолжает жительница Донецка.
Противостояние России и Украины углубляется, а вместе с ним углубляется и опасный вакуум власти. Этот конфликт, как и любой другой, уже начал будить давно уснувшие межрелигиозные и межэтнические противоречия. И этнические меньшинства боятся, что главными жертвами вражды двух православных, славянских народов станут именно они.
По материалам: Би-би-си
Однако большинство представителей еврейской и крымско-татарской общины, с которыми я беседовала, считают, что в проевропейской Украине они себя будут чувствовать в большей безопасности, чем в России.
«Я не боюсь «Правого сектора». А России – боюсь», – подчеркивает Ася Креймер, русскоязычная, как и большинство местных евреев.
«Есть ощущение, что это конец той жизни, которую мы знали. Листовки – это лишь малая часть, но важно то, что Россия пытается посеять смуту. Они придумали новый тип геноцида, новый тип войны. Извне кажется, что ничего страшного, ведь к счастью мало кого убили и насилия было немного. Но Россия убивает нашу государственность, нашу нацию», – продолжает жительница Донецка.
Противостояние России и Украины углубляется, а вместе с ним углубляется и опасный вакуум власти. Этот конфликт, как и любой другой, уже начал будить давно уснувшие межрелигиозные и межэтнические противоречия. И этнические меньшинства боятся, что главными жертвами вражды двух православных, славянских народов станут именно они.
