Об этом DW беседовала с немецкими экспертами.
Национальный банк Казахстана, принимая 11 февраля решение о девальвации национальной валюты тенге, действовал под давлением внешних факторов, на что он, объясняя свой шаг, сам и указал. Опрошенные DW немецкие эксперты считают представленные в Астане аргументы вполне убедительными.
Под угрозой оказалось положительное сальдо внешней торговли
«Мы наблюдаем общую тенденцию: из-за решения Федеральной резервной системы США постепенно сворачивать программу покупки гособлигаций идет отток капитала со всех развивающихся рынков, в результате под давлением оказываются национальные валюты этих стран», — отметил региональный директор по Центральной Азии Восточного комитета немецкой экономики (OA) Мартин Хоффман (Martin Hoffmann).
«Мы видим, как дешевеют валюты в России, в Турции, на Украине, а это все очень важные внешнеторговые партнеры Казахстана. Мы видим к тому же замедление темпов экономического роста в Китае, рынок которого является крупнейшим для казахстанской промышленности», — подчеркнул Тобиас Бауман (Tobias Baumann), начальник отвечающего за Центральную Азию отдела в Федеральном объединении торгово-промышленных палат Германии (DIHK).
В такой обстановке Казахстан целенаправленно пошел на меру, повышающую конкурентоспособность отечественных предприятий. Ведь поддерживаемый на весьма высоком уровне обменный курс тенге вел к ухудшению конкурентных условий для местного бизнеса: экспорт сокращался, импорт, особенно потребительских товаров, увеличивался, и в перспективе это грозило превратить положительное сальдо внешнеторгового баланса в отрицательное.
Какова роль партнеров по ТС — России и Беларуси?
Оба собеседника, как, впрочем, и Нацбанк Казахстана в своих официальных объяснениях, особо остановились на той роли, которую при принятии решения снизить курс тенге сыграла ситуация в соседней России. «Девальвация рубля как валюты важнейшего партнера по Таможенному союзу, безусловно, имела большое значение», — убежден Мартин Хоффман.
Тем более, что казахстанская денежная единица начала дорожать на фоне слабеющей российской еще в прошлом году. «В рамках Таможенного союза тенге укрепился по отношению к рублю в 2013 году на 12 процентов», — напомнил Тобиас Бауман. Это, естественно, вело к тому, что на рынке Казахстана товары из России (а также из Беларуси, где мощная девальвация прошла еще в 2011 году) становились все более выгодными.
С недавних пор действия властей, направленные на то, чтобы сбить обменный курс национальной валюты с целью повысить международную конкурентоспособность отечественного бизнеса, принято называть валютными войнами, заметил корреспондент DW, однако оба собеседника отказались использовать этот термин.
«Палка о двух концах»
Правда, Тобиас Бауман выразил мнение, что острой необходимости в девальвации тенге, тем более столь резкой, на его взгляд, не было. Он подкрепил свою точку зрения ссылками на положительное сальдо внешней торговли Казахстана, на довольно крупные золотовалютные запасы Астаны, а также на по-прежнему весьма высокие темпы роста ВВП в 4-6 процентов.
Все эти факторы, скорее, указывают на вероятность дальнейшего укрепления тенге, считает эксперт DIHK. Мартин Хоффман тоже допустил, что курс казахстанской валюты после нынешней девальвации, которую целый ряд экспертов, по его словам, считают чрезмерной, в обозримом будущем вновь несколько подрастет.
Говоря о макроэкономических эффектах девальвации казахстанской валюты, Тобиас Бауман употребил выражение «палка о двух концах». В краткосрочном плане эта мера, безусловно, обеспечит национальной промышленности определенные преимущества. Однако платой за это станет удорожание импорта, что весьма остро почувствует население.
