Украина и США продолжают переговоры по доработке мирного плана. По понятным причинам — тема слишком уж чувствительная! — подробности переговоров не спешат афишировать ни Киев, ни Вашингтон. Тем не менее что-то всё же попадает в открытое информационное пространство — и в виде утечек, и даже официальных заявлений. И, судя по просочившейся информации, в Киеве готовы отказаться от курса на вступление в НАТО, если будут даны чёткие гарантии безопасности. Именно в ответ на эту информацию глава евродипломатии Кая Каллас сделала примечательное заявление. По её словам, вопрос членства Украины в НАТО больше не обсуждается, и в такой ситуации ЕС должен предоставить Киеву реальные гарантии безопасности — включая войска и военные возможности, а не формальные обещания.
Звучит на первый взгляд красиво. Но…
Прежде всего не будем забывать, что направлять войска в лучшем случае Европа собирается после того, как будет достигнуто мирное соглашение, то есть в качестве миротворцев. А что такое европейские миротворцы в случае реального «горячего сценария», мир видел на страшном примере боснийской Сребреницы. Напомним: этот город был объявлен зоной безопасности, под защитой голландского миротворческого батальона, но при приближении сербской армии голландский батальон просто сбежал.
Не менее важно другое. Нет ясности, располагает ли Европа соответствующими военно-дипломатическими механизмами. Да, в 1954 году был создан Западноевропейский оборонный союз (WEU), но уже в 2011 году он передал свои функции НАТО и ЕС. Более того, в Европе в вопросах обороны полагались и полагаются на Североатлантический альянс, а не Евросоюз, где основной упор делается на экономику, финансы и т. д. При всей власти евробюрократии в вопросах обороны и безопасности всё по-прежнему решают национальные правительства, которые никак не могут решить, что им делать: всеми силами перемалывать российский военный потенциал в Украине (воевать всегда лучше на чужой территории, чем на своей) или, наоборот, придерживать внешнюю военную помощь и латать дыры в собственных оборонных порядках.
Создать европейскую альтернативу НАТО вообще-то уже пытались. Ещё до начала украинской войны похожую инициативу высказал президент Франции Эммануэль Макрон, который уже тогда с упоением строил наполеоновские планы и обещал вернуть Франции былое величие. Глава Пятой республики тогда заявил о «смерти мозга» НАТО и предложил создать «европейскую армию». Расчёт был понятен. В НАТО Франция вынуждена была оставаться на вторых-третьих ролях, а во главе структуры априори находились США. А в Евросоюзе после выхода из него Великобритании Франция — единственная держава с ядерным оружием и правом вето в СБ ООН.
Формирование «европейской армии» вместо НАТО выводило Францию на первые роли в Евросоюзе. Теперь уже можно было бы не переживать по поводу борьбы за лидерство с Германией. Однако Макрон тут же удостоился «холодного душа» от тогдашнего генсека НАТО Йенса Столтенберга. Глава альянса напомнил президенту Франции, что 80 % военной мощи НАТО приходится сегодня на страны, не входящие в Евросоюз. Добавим от себя: это не только США, но ещё и Турция со второй по мощи армией в Североатлантическом альянсе. Плюс Великобритания — с ядерным оружием, собственным ВПК и т. д.
При нынешнем раскладе, будем реалистами, Европа вряд ли в состоянии обеспечить даже собственную безопасность без поддержки военных союзников вне ЕС, не говоря уже о внешних гарантиях. То есть бухнуть широким жестом Армении 10 миллионов евро на покупку медицинских палаток можно, но создать собственный полноценный и самодостаточный оборонный союз — увольте. Неудивительно, что на пике разговоров о «европейской армии» Швеция и Финляндия, которые к этому моменту уже входили в Евросоюз, предпочли вступить ещё и в НАТО. Это был сильнейший удар по амбициям Макрона. В Стокгольме и Хельсинки здраво рассудили, что НАТО — это действующие военные механизмы, а «европейская армия», которой грезят в Париже, — пока что не более чем громкая инициатива.
Под вопросом и наличие у Европы соответствующих ресурсов. Страны ЕС с 1989 г., с момента падения Берлинской стены и официального прекращения в Европе «холодной войны», занимались тем, что «резали» собственные военные бюджеты. Строго говоря, это была практически «калька» с роковых ошибок, допущенных европейскими лидерами накануне Второй мировой войны. Первая мировая оказалась для европейцев сильнейшим шоком. После такой продолжительной и масштабной бойни в Европе заговорили о том, что теперь наступает эпоха мира и для лучших мирных гарантий от армии и оружия необходимо отказаться. Одни страны свои армии радикально сократили, были и те, кто разрушил их полностью. Но никто не ждал, что, несмотря на все ограничения по Версальскому договору, Германия предпримет попытку реванша и эта попытка выльется в ещё более жестокую Вторую мировую войну. После 1989 года полностью от армии никто не отказался, но вооружённые силы многих европейских стран боеспособны весьма условно.
Это, конечно, ещё не значит, что слова Каллас — не более чем сотрясение воздуха. Просто, как это нередко бывает в европейской политике, между обещаниями, с одной стороны, и реальными ресурсами — с другой, огромная разница. Не говоря уже о политической воле, которой хватает на украинские флаги и громкие заявления, но никак не на реальную военную помощь.
