Заместитель министра иностранных дел Украины Александр Мищенко дал эксклюзивное интервью «Минвалу», в котором рассказал о реакции Киева на «план» Трампа, вероятности того, что союзники «бросили» Украину, и об отношениях с Баку. Мищенко, курирующий в украинском МИДе кавказское и турецкое направления, также ответил на вопрос, почему прибыл в Баку на фоне недавнего визита президента Украины Зеленского в Турцию.
– Недавно Азербайджан и Украина отметили 33-ю годовщину установления дипломатических отношений. Как бы вы сегодня расценили отношения Азербайджана и Украины?
– Между нашими странами существует стратегическое партнёрство, которое основано не только на политических конфигурациях. Это историческая данность. Вот сегодня мы в ходе переговоров во многих структурах определились в том, что у нас никогда не было вражды: мы исповедуем разные религии, у нас абсолютно разные языки, но у нас одна общая внутренняя, генетическая расположенность к справедливости. Может быть, потому что мы являемся жертвами агрессии. Ваша страна уже прошла этот период, и мы очень рады за неё. Украина сейчас находится в вихре ненависти со стороны агрессора, и эта составляющая отражается на всех наших отношениях: межчеловеческих, межправительственных, отношениях между президентами. У нас не было, нет, и, я уверен, не будет враждующих факторов. Это самое главное.
– Азербайджан сегодня – единственная страна постсоветского пространства, которая, столкнувшись с внешней агрессией, смогла восстановить свою территориальную целостность. Готова ли сегодня Украина использовать азербайджанский опыт?
– Мы активно изучаем опыт Азербайджана. Особенно сейчас, когда мир говорит о мирном урегулировании. Включая и Бишкекский протокол, и дальнейшие процессы урегулирования, после которых было много встреч, но тем не менее Азербайджан сумел восстановить территориальную целостность силой оружия, своим единством и благодаря тем международным партнёрам, с которыми вы поддерживали отношения. Мы практически идём примерно таким же путём: как бы мы ни проводили мирные переговоры, без позиции нашей армии, я думаю, эти переговоры были бы явно неуспешными. Сила нашей армии сегодня – залог успеха переговоров, которые будут учитывать наши интересы. Украина готова к переговорам, мы хотим идти к ним не менее, а может, и больше остальных, но самое главное – этот мир должен быть справедливым и предполагать гарантии от следующего вторжения на следующей фазе.
Просто перемирие без гарантий того, что мы, весь мир и агрессор будут уважать нашу территориальную целостность, конечно, невозможно.
– По понятным причинам, сегодня в фокусе внимания многих журналистов и экспертов находится, скажем так, инициатива президента США Дональда Трампа. Можно ли говорить о конкретном мирном плане США по Украине? Более того, мы видим, как новая администрация усилила антиукраинскую риторику. Как в Киеве относятся к этому?
– Думаю, это пока первые шаги. Мы не воспринимаем позицию, при которой что-то решается об Украине без Украины. Это чётко озвучил наш президент Владимир Зеленский. Мы за переговоры, но в них должна быть чётко видна позиция страны, которая сегодня является жертвой агрессии. Мы не можем обсуждать мир в интересах агрессора – это абсолютный нонсенс. Не все позиции, которые сегодня звучат со стороны господина Трампа, нам приятны, мы их не разделяем… но мы работаем с нашими партнёрами в Вашингтоне, работаем с администрацией по линии Госдепа, советников по нацбезопасности, Офиса президента, чтобы объяснить нашим коллегам реальную ситуацию и предотвратить неправильное развитие событий.
– Президент Зеленский недавно совершил визит в Турцию. Вы в МИДе курируете вопросы нашего региона, а также турецкое направление. Есть ли шанс на возвращение к стамбульскому формату?
– Пока я не могу сказать вам, сейчас мирного плана нет. Мы говорим, что фундаментальной основой урегулирования этой войны является уважение территориальной целостности Украины, уважение к суверенитету, а суверенитет подразумевает наше право вступать в те союзы, которые мы хотим. А Стамбульское соглашение предполагало закрыть вопрос НАТО, украинских вооружённых сил в какой-то степени. Мы – суверенная страна, и мы будем сами определять, в какие форматы нам вступать. Думаю, эти фундаментальные основы должны лечь в основу мирного плана, о котором все говорят. Мы этого плана не видели, но хотим видеть и знать все существующие инициативы. Есть мирный план президента Зеленского, который поддержан всем мировым сообществом, есть план Победы. Мы основываемся на том, что у нас должны быть гарантии безопасности. Поэтому я не думаю, что возвращение к чему-то возможно без учёта упомянутых мной фундаментальных основ.
– Можно ли говорить о том, что союзники, и прежде всего США, бросили Украину и отказали ей в поддержке?
– Нет. Это бытовое мнение. Мы смотрим глубже и видим, что президент Трамп и его администрация поддерживают территориальную целостность Украины, и в этом ничего не изменилось. Давайте будем считать, что эти шаги после избрания господина Трампа – первые, начальные, где сторона смотрит, что и как можно сделать, а что нет. Мы надеемся, что США услышат нашу позицию, которая чётко изложена в плане президента Зеленского.
– А что если новая администрация решит надавить на Киев?
– Вашингтон – наш стратегический партнёр, который помогает нашим вооружённым силам быть успешными в борьбе с агрессором. Это очень ощутимая помощь, и пока я не вижу кардинальных изменений.
– Но Вашингтон сегодня предъявляет счёт Украине?
– Это одна из переговорных позиций, план компенсации ещё в процессе рассмотрения. Если наши интересы будут учтены в соглашении, то, наверное, это будет приемлемо. Это прерогатива президента Украины, он рассматривает этот вопрос, и пока говорить о конкретных решениях рано.
– Многие политики сегодня рассуждают о том, что часть украинских территорий останется под контролем России. Какова здесь позиция властей Украины? Территориальные уступки – красная линия Украины, или что-то поменялось в этом вопросе?
– Это невозможная линия, потому что это основа нашей государственности. Да, мы понимаем, что сейчас территории временно оккупированы – это данность. Азербайджан через это прошёл, страны Балтии в советские времена через это прошли. Но, чтобы Украина отдала территории? Это невозможно.
– Кстати, ваш визит в Баку случаен? Или он как-то связан с визитом украинского лидера в Турцию?
– Нет, это не совсем связано. Это плановые консультации. У нас после того, как я пришел на эту должность, три месяца назад, Азербайджан был в числе топовых направлений. Кроме того, что я люблю эту страну — это самый главный фактор для меня — есть и служебный аспект. Я был в Турции, после Турции прилетел в Азербайджан. Мы выстраиваем рабочие отношения на уровне заместителей министров иностранных дел для того, чтобы вопросы решались в краткие сроки, без проволочек. Мы обсудили всю повестку дня сегодня.
Что касается экономического аспекта, я, пользуясь возможностью, хочу выразить благодарность Азербайджану за то, что недавно отправленный гуманитарный конвой прибыл в Украину: это генераторы, электрокабели, электрооборудование — всё, что нам сегодня необходимо. И то, что Азербайджан 25 февраля 2022 года направил три самолета с гуманитарной помощью всего через два дня после вторжения, — тоже важный фактор. Мой визит в Баку — дань уважения стране, которая с первого дня агрессии и до сегодняшнего дня демонстрирует последовательную позицию, в основе которой лежит уважение к моей стране, находящейся под агрессивным внешним влиянием России.
Это ключевой фактор. Мы показываем, что мы — стратегические партнеры, ценим важность вашей страны и вашего опыта. Мы выражаем соболезнования семьям и родственникам погибших при крушении самолета AZAL и отмечаем, что эта катастрофа является следствием тех же действий, что и трагедия с рейсом MH-17. Это результат шагов одного и того же агрессивного государства.
У нас есть множество общих вопросов, которые мы можем решать сообща. Кроме того, я хотел бы поблагодарить азербайджанский народ, который принял украинцев, спасавшихся от войны, когда их дома разрушали, а Крым был оккупирован. Это огромная помощь. Еще раз хочу подчеркнуть, что мы были и остаемся не только стратегическими партнерами, но и странами, которые нуждаются друг в друге.
