Выполнение обязательств по Хартии о стратегическом партнерстве между Арменией и США зависит от нескольких факторов, включая геополитическую ситуацию, влияние армянской диаспоры в США и отношения Вашингтона с ключевыми игроками региона — Азербайджаном, Турцией и Россией. Об этом в эксклюзивном интервью Minval.az заявил политолог, эксперт по международным отношениям, директор Албанского института геополитики Садри Рамабая. В целом, эксперт высказался также о стремлениях Еревана интегрировать с Евросоюзом.
— 12 февраля Национальное Собрание Армении одобрило в первом чтении законопроект о начале процесса вступления страны в Евросоюз (ЕС). Этот шаг вызывает особый интерес, поскольку Армения, оставаясь членом Евразийского экономического союза (ЕАЭС), одновременно движется в сторону интеграции с ЕС. Возникает вопрос: какова истинная суть этого решения и возможны ли такие параллельные векторы развития?
— Попытка Армении начать процесс вступления в Европейский союз противоречит ее членству в Евразийском экономическом союзе. Подобную дуалистическую политику проводит и Сербия в своих отношениях с ЕС.
ЕАЭС и ЕС основаны на различных принципах и структурах, особенно в вопросах зоны свободной торговли и таможенного регулирования. Министр иностранных дел России Сергей Лавров подчеркивал, что механизмы снижения или отмены таможенных пошлин и налогов в этих организациях различаются, что делает их несовместимыми.
Стремление Армении интегрировать с ЕС, вероятно, вызовет давление со стороны Брюсселя с требованием выхода из ЕАЭС, что может привести к серьезным экономическим последствиям. Вице-премьер России Алексей Оверчук предупреждал, что такой шаг может привести к росту цен на энергоносители и продовольствие, а также к сокращению экспорта до 80%. Это заявление можно расценивать не только как экономический прогноз, но и как элемент дипломатического давления.
На данный момент Армения сталкивается с задачей балансирования между углублением отношений с ЕС и выполнением своих обязательств в рамках ЕАЭС. Сохранение членства в обеих организациях одновременно затруднительно из-за различий в их экономических моделях и принципах.
— Россия, похоже, не особенно обеспокоена западными устремлениями Армении, хотя экономика Армении во многом зависит от нее. В 2023 году товарооборот с РФ составил 13 млрд долларов — больше, чем с Азербайджаном и Грузией вместе взятыми. Это политический ход или экономический прагматизм?
— Это сочетание экономического прагматизма и политического расчета. Россия выстраивает свою стратегию в регионе, принимая во внимание как экономические, так и геополитические факторы. С экономической точки зрения Армения остается в значительной степени зависимой от России, особенно в сферах энергетики, транспорта и внешней торговли. Москва является крупнейшим торговым партнером Еревана, что делает поддержание тесных экономических связей выгодным для обеих сторон.
Кроме того, значительная часть армянских граждан работает в России, а их денежные переводы составляют важную часть экономики страны. Российские компании также играют ключевую роль в стратегических отраслях Армении, таких как газоснабжение, железные дороги и телекоммуникации. С политической точки зрения Армения осознает необходимость более четкого геополитического позиционирования, включая сближение с ЕС и Западом. Однако Россия обладает мощными инструментами давления, в том числе экономическими рычагами, позволяющими сохранять влияние на страну. Москва использует торговые связи не только в экономических, но и в геополитических целях, укрепляя свою роль доминирующей силы на Южном Кавказе.
При этом Россия демонстрирует ограниченную заинтересованность в активном вмешательстве в армяно-азербайджанский конфликт, что ослабляет позиции Армении и делает ее еще более зависимой от Москвы. Однако Кремль не рассматривает это как проблему, поскольку сохраняет значительный экономический и политический контроль над Арменией. Пока у России есть мощные рычаги влияния, она не испытывает необходимости оказывать активную экономическую или военную поддержку Армении.
— Почему правительство Армении инициировало обсуждения о вступлении в ЕС? Почему Никол Пашинян подчеркнул, что законопроект не означает немедленного вступления в Евросоюз?
— Правительство Армении начало переговоры о возможном членстве в Евросоюз с целью укрепления политических и экономических связей с Западом. Одной из основных причин этого шага стало растущее недовольство Россией, которая не оказала активной поддержки в конфликте с Азербайджаном. Эта пассивность пошатнула доверие к России как к традиционному союзнику и заставила Армению искать альтернативные партнерства.
Однако премьер-министр Никол Пашинян подчеркнул, что предлагаемый законопроект не означает немедленного вступления в ЕС. Согласно Конституции Армении, решение о членстве в наднациональной организации может быть принято только путем референдума. Пашинян отметил, что принятие закона является лишь началом процесса, сигнализирующего о готовности Армении предпринять практические шаги по сближению с ЕС. Он подчеркнул, что все решения должны приниматься с учетом национальных интересов страны. Таким образом, Армения стремится к более тесным отношениям с ЕС на фоне разочарования в России, учитывая при этом конституционные требования и национальные интересы.
— Каковы выгоды для Армении от сближения с ЕС и каковы его риски? Как западные устремления Армении повлияют на ее отношения с Россией?
— Углубление отношений Армении с ЕС открывает значительные возможности, но также сопряжено с серьезными рисками. Одним из ключевых преимуществ сближения с ЕС является доступ к европейским рынкам, инвестициям и финансовым программам. Армения могла бы воспользоваться инициативами ЕС, направленными на развитие инфраструктуры, цифровой трансформации, сельского хозяйства, малого и среднего бизнеса. Эти экономические возможности способны ускорить модернизацию страны и обеспечить устойчивый экономический рост.
Интеграция с ЕС может способствовать политической стабильности и институциональным реформам. Внедрение европейских стандартов управления укрепит верховенство закона, усилит борьбу с коррупцией и повысит эффективность государственных институтов. Развитие демократии, защита прав человека и политическое сотрудничество с западными странами помогут Армении укрепить свою позицию как стабильного и открытого государства. Кроме того, диверсификация геополитических связей, включая возможное сотрудничество с Францией в сфере безопасности, может снизить зависимость Армении от России.
Однако движение в сторону ЕС сопряжено с серьезными вызовами в сфере безопасности. Россия, являясь историческим военным союзником Армении, может сократить уровень своей поддержки, что усилит уязвимость страны. Потеря стратегического влияния на Южном Кавказе может привести к жесткой реакции Москвы, усложняя региональную ситуацию.
Сближение с ЕС также может осложнить отношения Армении с Россией и Ираном, которые воспринимают усиление западного влияния в регионе как геополитическую угрозу. Кроме того, участие Армении в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС), возглавляемом Россией, окажется под вопросом, что приведет к экономическим и торговым сложностям. Тем не менее поддержка Запада может постепенно снизить стратегическую зависимость Армении от России.
Будущее Армении во многом зависит от ее способности балансировать между Россией и Западом. Прагматичный подход, направленный на развитие связей с ЕС при одновременном избежании открытой конфронтации с Москвой, может стать наиболее стратегически выгодным курсом для Еревана.
— Какова позиция Евросоюза по вопросу возможного вступления Армении в союз, с вашей точки зрения?
— ЕС и Армения развивают тесное сотрудничество, которое укрепилось благодаря Соглашению о всеобъемлющем и расширенном партнерстве (CEPA), подписанному в 2017 году. Этот документ заложил основу для реформ в Армении и способствовал углублению взаимодействия в ключевых сферах, представляющих взаимный интерес. Однако на данный момент Армения не обладает официальным статусом кандидата на вступление в ЕС. Основное внимание ЕС сосредоточено на интеграции стран Западных Балкан, а для участников программы «Восточное партнерство», включая Армению, перспектива членства остается неопределенной.
В марте 2024 года спикер Нацсобрания Армении Ален Симонян заявил о готовности страны рассмотреть возможность вступления в ЕС. Он подчеркнул, что Армения открыта к более тесной интеграции, если это поможет укреплению ее безопасности и экономического процветания. Тем не менее возможное членство Армении в ЕС сопряжено с серьезными вызовами, прежде всего из-за ее участия в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС). Такой шаг станет возможным только в случае пересмотра или прекращения обязательств Армении перед этой организацией. На данный момент у ЕС нет конкретных планов по принятию Армении в состав Союза. Взаимоотношения сторон сосредоточены на партнерстве и сотрудничестве в рамках существующих соглашений. Перспективы будущего членства будут зависеть как от стратегического выбора Армении, так и от политической воли ЕС.
— 12 февраля Дональд Трамп провел переговоры с Владимиром Зеленским и Владимиром Путиным. Каковы возможные результаты этих обсуждений? Могли ли лидеры достичь каких-то предварительных соглашений, и если да, то в чьих интересах они будут реализованы?
— Трамп провел отдельные телефонные переговоры с президентом Путиным и Зеленским, сосредоточившись на инициировании немедленных переговоров по прекращению продолжающегося конфликта в Украине. Трамп охарактеризовал беседу с Путиным как «длительную и продуктивную», затронувшую такие темы, как Украина, Ближний Восток, энергетика и искусственный интеллект. Оба лидера выразили готовность к мирным переговорах и договорились о начале консультаций на уровне их команд.
После разговора с Путиным Трамп обсудил итоги беседы с Зеленским, представив возможные пути урегулирования. Зеленский подтвердил стремление Украины к миру и подчеркнул технологический потенциал страны, включая достижения в беспилотных технологиях и современном производстве. Он выразил благодарность Трампу за внимание к этому вопросу и поддержке переговорного процесса.
Однако эти переговоры прошли без участия западных союзников, особенно ЕС, что может ослабить единство НАТО и изменить баланс сил в переговорах с Россией. В Брюсселе министр обороны США заявил, что восстановление границ Украины в пределах 2014 года не рассматривается, что фактически ставит под сомнение прежние принципы нерушимости границ между государствами. Такой подход может привести к пересмотру устоявшегося международного порядка и ускорить формирование нового миропорядка, в котором ключевую роль будут играть крупнейшие мировые державы — США, Китай, Россия, Индия. Параллельно это может способствовать усилению влияния региональных держав, таких как Турция, Бразилия, ЮАР и Северная Корея, формируя глобальный ландшафт, основанный на принципе силы.
— Насколько вероятно, что США при Трампе продолжат поддерживать Грузию в ее стремлении интегрироваться в НАТО?
— Вероятность того, что США при Трампе продолжат поддерживать стремление Грузии вступить в НАТО, остается неопределенной и зависит от нескольких факторов. В течение первого срока Трампа (2017–2021) сотрудничество в сфере безопасности между США и Грузией укрепилось, в том числе за счет продажи противотанковых ракет Javelin и реализации Программы готовности к обороне Грузии, направленной на усиление ее территориальной обороны.
Однако Трамп неоднократно критиковал НАТО, требовал увеличения оборонных расходов от союзников и даже угрожал отказом в защите тех стран, которые, по его мнению, не выполняют свои обязательства. Такая позиция может сказаться на поддержке новых потенциальных членов, включая Грузию. Трамп также придерживается транзакционного подхода к внешней политике, при котором поддержка зависит от стратегической значимости страны для США. Поэтому интеграция Грузии в НАТО может получить поддержку, если будет соответствовать американским интересам, таким как сдерживание российского влияния или обеспечение стабильности энергетических и транспортных коридоров.
В целом, будущее американской поддержки амбиций Грузии по вступлению в НАТО при Трампе остается неопределенным и будет зависеть от геополитической обстановки и приоритетов внешней политики США.
— За неделю до инаугурации Трампа Армения и США подписали Хартию о стратегическом партнерстве. Сохранит ли новая администрация свои обязательства перед Ереваном?
— Хартия о стратегическом партнерстве между Арменией и США, подписанная за неделю до вступления Трампа в должность, свидетельствует о стремлении Вашингтона к укреплению двусторонних отношений с Ереваном. Однако реализация таких соглашений во многом зависит от внешнеполитического курса каждой администрации США.
Администрация Трампа придерживалась транзакционного подхода к внешней политике, при котором стратегические партнерства основывались на конкретных интересах США. Хотя Вашингтон в целом положительно относился к Армении, в регионе Южного Кавказа основное внимание уделялось Азербайджану, в первую очередь из-за энергетического сотрудничества, а также вопросам сдерживания иранского влияния. Таким образом, выполнение обязательств по Хартии зависит от нескольких факторов, включая геополитическую ситуацию, влияние армянской диаспоры в США и отношения Вашингтона с ключевыми игроками региона — Россией, Турцией и Азербайджаном.
