Спецслужбы, как известно, не любят делиться информацией, не говоря уже о секретах. Но даже официальные пресс-релизы о недавних событиях в Гусарском районе позволяют с уверенностью судить о том, что там была проведена серьёзная операция против достаточно опасной террористической группировки.
Нескольких боевиков ликвидировали при попытке сопротивления, других взяли с личным. У одного, судя по всему, взрывное устройство сработало в руках. Обнаружены детали для «адских машин», оружие, в том числе боевое, найдены устроенные боевиками «схроны» в лесах… Уже известно, что члены разгромленной ячейки, ранее входившие в группировку «Лесные братья», готовили теракты на территории Гусарского района Азербайджана. Суд, конечно, ещё впереди, но даже то, что уже попало в печать, даёт предостаточно пищи для размышлений, в том числе и по весьма деликатным темам.
Нельзя сказать, что в Азербайджане недооценивали опасность радикальных религиозных группировок. Однако чаще всего в общественном мнении присутствует стереотип, что такого рода угрозы приходят с юга. Но, как теперь показывает операция СГБ и МВД в Гусарском районе, не менее серьёзный «фактор угрозы» существует и на севере. То, что громят азербайджанские спецслужбы в Гусарах, представляет собой, по сути, «южное крыло» радикальных группировок, действующих на российском Северном Кавказе. Азербайджанские силовики нередко проводили антитеррористические мероприятия в сопредельных районах совместно с российскими коллегами.
Напомним: по другую сторону российско-азербайджанской границы находится неспокойный Дагестан. Там проблема вооружённого джихадистского подполья существует не первый год и даже не первое десятилетие. Российские силовые структуры периодически объявляют о проведении контртеррористических операций, громких арестах, облавах и т. д. Эксперты рассуждают о том, что Дагестан — регион социально неблагополучный, где процветают коррупция, бедность и безработица, и именно эти факторы серьёзно подпитывают джихадистское подполье.
Ещё в прошлом десятилетии Россия, по сути, ввела в Дагестане «режим ручного управления». На ключевые посты были назначены московские «варяги» — считалось, что это лишит поддержки и прикрытия местные коррумпированные кланы. Не берёмся судить, как сейчас обстоят дела в Дагестане с коррупцией, но инфраструктурный кризис, который накрыл регион летом 2023 года, не оставил сомнений: «варягам» не удаётся решить социальные проблемы Дагестана, по крайней мере, «с налёта».
А теперь раскрытая в Гусарском районе террористическая ячейка не оставляет сомнений и в другом: джихадистское подполье вовсе не разгромлено. Оно продолжает действовать и несёт угрозу не только для России, но и для сопредельных стран. И это вполне объяснимо.
Во-первых, российские силовые ресурсы серьёзно истощила украинская война. А во-вторых, и, возможно, это главная причина, изменились акценты и задачи, которые теперь ставятся перед спецслужбами. Сегодня российским силовикам приказано выявлять «иноагентов» и их поклонников, выискивать в социальных сетях, не назвал ли кто-либо происходящее в Украине войной, а не «специальной военной операцией», не задавал ли неудобные вопросы о том, почему за три года так и не удалось взять Киев за три дня, не разместил ли антивоенный пост или — о ужас! — не выкрасил ли кто-то раму в голубой цвет, а стены в жёлтый.
При таком раскладе на выявление джихадистов — а это трудоёмкая задача — сил просто не хватает. Более того, в таком регионе, как Дагестан, предупреждают знающие люди, «варягам» будет очень непросто выявлять джихадистов. Здесь необходимо разбираться в тонкостях, в том числе религиозных, знать детали внутренних взаимоотношений и т. д. Это во время антитеррористических облав где-нибудь в российской глубинке можно «загребать» подряд всех дагестанцев или, как после теракта в «Крокусе», всех таджиков. В Дагестане «загребать всех дагестанцев» не получится.
В результате антитеррористические меры в России раз за разом дают сбой — настолько, что о себе напоминают, казалось бы, уже давно разгромленные группировки.
А это означает, что обеспечивать безопасность страны, в том числе и нейтрализовать террористическую угрозу с севера, нам придётся своими силами, не особо надеясь на внешних партнёров, у которых теперь другие приоритеты и задачи.
