Дилара Аскерова, мать Фарида Сафарли, задержанного в Иране в 2023 году и переданного в Азербайджан три дня назад, рассказала о переживаниях, связанных с задержанием ее сына. Она поделилась своими мыслями о том, что после того, как она узнала о пытках и допросах, которым подвергался Фарид, поняла, что эти жестокие люди могли бы казнить его без всякой причины. Она долго жила в надежде, что его освободят через месяц, однако офицер SEPAH, передававший Фарида на границе, сказал, что они могли бы превратить оставшийся месяц в 10 лет, и это было бы для них несложно.
Женщина подчеркнула, что, несмотря на мощь таких стран, как США, которые не могут освободить своих граждан, задержанных в Иране, решение проблемы Фарида за 23 месяца она считает значительным успехом. Она поблагодарила президента Ильхама Алиева за его важную роль в освобождении сына.
««Почему азербайджанское государство поддерживает дружеские отношения с Израилем?» и другие подобные вопросы. Представьте себе, как молодого человека, получившего образование в Европе, обвиняет мулла в тюрбане (в Иране судьи революционных трибуналов – это не юристы, а муллы). Он рассказывает, что те, кто занимались этими делами, прерывали процесс, как только наступало время азана, чтобы поспешить на молитву, и это лицемерие делало обстановку ещё более невыносимой.
Больше всего поражает, что эти жестокие люди мучили молодого человека, обвиняя его в шпионаже и в том, что он якобы использовал их девушку для выполнения своей миссии. Хотя на самом деле мой сын приехал туда исключительно с чистыми и искренними намерениями. Парадоксально, что как террористы SEPAH, так и муллы режима сами используют женщин для достижения своих целей», — рассказала она.
Аскерова также отметила, как Фарид провел 51 день в небольшой камере, где он жил с постоянной угрозой повешения, думал, что никогда больше не увидит свою семью и слышал оскорбления в адрес своей родины. Эти ужасные условия привели его к глубокой депрессии и отчуждению от общества. Сейчас Фарид находится в состоянии, требующем медицинской помощи, и не хочет общаться с кем-либо.
В завершение она привела слова сына: «Иранский режим забрал у меня больше, чем 23 месяца свободы. Это было как жить в произведении Оруэлла, полном пыток и ужасов».
