Эксклюзивное интервью Minval.az с Найлой Хуссейн, помощником вице-президента, менеджером по коммуникациям рейтингового агентства Moody’s Investors Service.
– Какие факторы способствуют укреплению кредитного профиля Азербайджана, и какие риски остаются для страны в контексте её экономической и политической ситуации?
– Кредитный профиль Азербайджана подкреплён крупной чистой кредиторской позицией, которая обеспечивает фискальную гибкость и снижает риски ликвидности правительства и внешней уязвимости.
Уравновешивание этих кредитных сильных сторон заключается в значительной подверженности страны нефтегазовому сектору и давних институциональных и управленческих слабостях, которые ограничивают кредитный профиль. В то же время сохраняющаяся напряжённость с соседней Арменией продолжает поддерживать геополитические риски.
– Какие, на ваш взгляд, условия способны укрепить кредитный профиль Азербайджана, и каковы шансы на успешную экономическую диверсификацию и политическую стабильность в будущем?
– Положительный прогноз отражает улучшение перспектив экономической диверсификации и эффективности макроэкономической политики, что может привести к дальнейшему укреплению кредитного профиля Азербайджана в соответствии с более высоким уровнем рейтинга. Растущая значимость так называемого Среднего коридора как важного транспортного узла между Европой и Азией и инвестиции по всей стране являются движущей силой экономических перспектив, хотя влияние на экономическую мощь станет ощутимым только со временем. Между тем, более высокий спрос Европы на азербайджанский газ, а также расширяющийся перечень проектов по возобновляемым источникам энергии смягчат влияние истощения нефтяных ресурсов. В то же время удлиняющийся послужной список поддержания макроэкономической стабильности через недавние потрясения, включая колебания цен на нефть, и фискальная дисциплина указывают на повышение эффективности политики.
– Каким образом улучшение управления, прозрачности и предсказуемости политики может повлиять на рейтинг страны в контексте текущих и будущих реформ?
– Повышение давления на рейтинг может возникнуть, если текущие и дальнейшие реформы, которые привели к улучшению управления, прозрачности и предсказуемости политики, ещё больше укрепят доверие и эффективность институтов и их способность адаптироваться к долгосрочным вызовам. Растущие доказательства того, что усилия по экономической диверсификации снизят подверженность экономики и государственных финансов циклам цен на нефть и долгосрочному переходу на углерод, дополнительно окажут давление на рейтинг.
– Что может стать причиной изменения прогноза на «стабильный» в Азербайджане?
– Положительный прогноз сигнализирует о том, что понижение рейтинга маловероятно в ближайшей перспективе. Прогноз, скорее всего, будет изменён на стабильный, если будут признаки эрозии доверия и эффективности расширенной макроэкономической и фискальной политики, что подрывает способность институтов реагировать на долгосрочные вызовы. Усиление геополитической напряжённости с Арменией или значительные побочные эффекты от российско-украинского военного конфликта, которые окажут значительное негативное влияние на экономическую активность и государственные финансы, также будут кредитно-негативными.
– Какие ключевые факторы обеспечивают ускорение роста ВВП Азербайджана в 2024 году?
– Реальный рост ВВП Азербайджана ускорился до 4,2% в годовом исчислении за первые пять месяцев 2024 года после низких 1,1% за весь 2023 год и по сравнению с 4% за тот же период прошлого года. Эффекты низкой базы частично способствовали восстановлению, в то время как ненефтяной сектор показал высокие результаты с ростом в 7,2% за этот период. Хотя отраслевая разбивка роста доступна только до первого квартала, основные факторы, способствующие устойчивому росту ненефтяного ВВП, в основном находятся в секторе услуг, включая транспорт и складирование, ИКТ и туризм. За весь 2024 год мы ожидаем, что эффекты низкой базы, устойчивая ненефтяная экономическая активность и более высокие государственные инвестиции поддержат восстановление реального роста ВВП примерно до 3%.
– Какова роль Азербайджана в глобальной логистической сети с учётом развития Среднего коридора?
– Сильный рост на 17,3% в годовом исчислении в секторе транспорта и складирования отражает продолжающуюся динамику активности по Среднему коридору, который стал более заметным в качестве альтернативного торгового маршрута Северному коридору, который пересекает большую часть России. Объём грузов, перевозимых по этому коридору, увеличился почти на 90% в 2023 году, достигнув 2,8 млн тонн с 1,5 млн в 2022 году, и почти утроился по сравнению с уровнем 2021 года. В целом мы ожидаем, что Азербайджан продолжит получать выгоду от растущих объёмов торговли, которая будет проходить через страну, а также от существенных инвестиций в повышение её инфраструктурного потенциала.
– Какие экономические перспективы могут открыться для Азербайджана благодаря успешной реализации инфраструктурных проектов в освобождённых регионах?
– Усилия по восстановлению в освобождённых регионах Азербайджана ещё больше укрепляют краткосрочный экономический рост и долгосрочные экономические перспективы. В настоящее время в этих регионах осуществляются значительные капиталовложения и строительные работы с участием различных иностранных инвесторов, участвующих в проектах — от транспортных объектов, таких как дороги, автомагистрали и аэропорты, до возобновляемых источников энергии и производственных объектов, таких как агропарки и промышленные парки. Стратегия правительства по созданию высокоцифровой, зоны с чистым нулевым выбросом может поддержать больший интерес иностранных инвесторов, что, в свою очередь, стимулирует усилия по диверсификации.
– Как считаете, какое влияние на экономику Азербайджана оказало снижение инфляции до 0,5% в годовом исчислении в 2024 году?
– Инфляционное давление ослабло и снизилось до целевого диапазона 2–6% с сентября 2023 года, а инфляция индекса потребительских цен (ИПЦ) уменьшилась ещё больше — до среднего значения 0,5% в годовом исчислении в течение 2024 года. Это позволило Центральному банку Азербайджанской Республики начать смягчение своей учётной ставки с ноября 2023 года, снизив ставки на 175 базисных пунктов в течение пяти этапов до 7,25% по состоянию на конец июня 2024 года. Снижение инфляционного давления и процентных ставок должно поддержать дальнейшее восстановление частного потребления и инвестиций.
– Каким образом геополитическая напряжённость сказывается на способности правительств реализовывать амбициозные экономические программы и сокращать долг?
– Правительства сталкиваются с препятствиями для достижения амбициозных экономических программ и сокращения долга, учитывая геополитическую напряжённость, жёсткие бюджеты и высокие социальные риски. Политический фокус правительств смещается на более долгосрочные цели по мере стабилизации экономического роста. Рост может установиться близко к допандемическим темпам, если не произойдёт значительного усиления торговой напряжённости и мер протекционистской политики. Более высокие процентные ставки и соображения политической экономии ограничат усилия по повышению уровня жизни, включая государственные вмешательства. Стабильный экономический рост поможет правительствам сохранить или даже немного сократить долг, за исключением США, где политика может стать более экспансионистской при новой администрации. Дополнительные расходы на недискреционные статьи сделают бюджеты более жёсткими.
– Какие последствия геополитическая напряжённость окажет на глобальную экономику в 2025 году, и что станет основными драйверами её роста?
– Мы ожидаем, что средний глобальный рост установится близко к своему долгосрочному среднему значению. Около половины крупнейших суверенных стран будут расти в соответствии с их средними темпами в 2025 году, чему будет способствовать смягчение денежно-кредитных условий. Аналогичным образом, средние и малые экономики выиграют от более мягких условий финансирования. Общие темпы инфляции, вероятно, стабилизируются в пределах целевого уровня, поскольку базовая инфляция постепенно замедляется.
Геополитика, социальные волнения, экологические риски и торговая напряжённость представляют наибольшие угрозы для суверенного кредитного качества в 2025 году. Решение администрации Трампа отойти от лидерства США в области климата может нанести ущерб прогрессу в достижении глобальных целей перехода к углероду.
– Каким образом, на ваш взгляд, возможное расширение конфликта в Украине и на Ближнем Востоке отразится на мировых ценах на сырьевые товары?
– Расширение войны в Украине и на Ближнем Востоке может иметь значительные кредитные последствия, включая рост цен на сырьевые товары и увеличение рисков безопасности. Усиление конкуренции между США и Китаем вызовет торговую напряжённость и, возможно, более выраженный протекционизм. Низкая занятость молодёжи и сохраняющееся неравенство доходов усилят социальную напряжённость, что скажется на кредитоспособности стран, менее способных эффективно реагировать.
Военный конфликт между Израилем и ХАМАС, а также Израилем и Хезболлой продолжится. Расширение конфликта с участием Ирана будет представлять значительные риски для экономики и инфраструктуры. Мы также предполагаем, что почти трёхлетняя война между Россией и Украиной продолжится. Хотя риск невелик, просчёт вовлечения в конфликт новых стран, включая НАТО, окажет огромное влияние. Ослабление общественной поддержки и ограничения финансирования могут снизить поддержку США для Украины, что, в свою очередь, может усилить позиции России и повысить риски безопасности для Европы.
