Азербайджано-итальянское партнерство основано не только на нефти и газе, поскольку две страны сотрудничают в широком спектре секторов: от сельского хозяйства до строительства, от телекоммуникаций до торговли и от услуг до промышленности. Об этом в эксклюзивном интервью Minval.az заявила итальянский аналитик, эксперт в области геополитики Валентина Шаберт.
— Как развитие Трансадриатического трубопровода (TAP) влияет на энергетическую безопасность Италии и ее стратегические отношения с Азербайджаном?
— В настоящее время мощность трубопровода составляет 10 млрд кубометров, но она может быть увеличена до 20 млрд кубометров. Сегодня TAP удовлетворяет около 10% потребностей Италии в газе. С ожидаемым увеличением объемов газа, поставляемого Азербайджаном в Европу в связи с соглашениями с Европейским союзом, ожидается, что уровень обеспечения Италии газом через TAP удвоится. В 2023 году Италия получила около 10 млрд кубометров газа из Азербайджана через TAP.
Ожидаемое расширение TAP, основного газового коридора между двумя странами, может еще больше усилить позиции Азербайджана на итальянском рынке нефти и газа, особенно в свете поиска Италией альтернативных России поставщиков. У Азербайджана, наряду с Алжиром, больше возможностей помочь Италии в достижении ее программы энергетической безопасности из-за широкого спектра факторов: низкий политический риск, внутренняя стабильность, выгодное географическое положение, наличие транснациональной газовой инфраструктуры.
— Каковы потенциальные препятствия или проблемы для углубления отношений между Италией и Азербайджаном, особенно в контексте региональной политики и международных обязательств?
— Италия является одним из основных торговых партнеров Азербайджана, но если посмотреть на структуру торговли, то можно увидеть, что в экспорте Баку в Италию преобладают энергоресурсы. По моему мнению, можно было бы предпринять дальнейшие шаги по диверсификации торговых отношений в неэнергетических областях сотрудничества, также связанных с усилением общих международных обязательств. Зеленые технологии могли бы стать примером совместных действий в борьбе с изменением климата, одновременно диверсифицируя экономику и исследуя новые бизнес-возможности.
В любом случае азербайджано-итальянское партнерство основано не только на нефти и газе, поскольку две страны сотрудничают в широком спектре секторов: от сельского хозяйства до строительства, от телекоммуникаций до торговли и от услуг до промышленности.
— Дональд Трамп снова стал президентом США. Считаете ли вы это позитивным событием для Европы в целом и для Азербайджана в частности?
— Второй мандат президента Трампа, несомненно, принесет несколько изменений в позицию США по отношению к Европе. Во-первых, президентство Трампа начнется с двух крупных конфликтов, которые длятся уже больше года, — Украина и Израиль, поэтому разумно полагать, что обеспечение стабильности и попытка прийти к переговорам о прекращении огня станут приоритетом для новоназначенного президента США. Что касается Европы, среди многих других аспектов, оборона и отношения с НАТО, по-видимому, заслуживают упоминания. Фактически, президент Трамп, скорее всего, будет настаивать на большей европейской автономии в форме увеличения национальных расходов на оборону (на данный момент предложение составляет 2% от ВВП каждого государства-члена НАТО).
Когда речь идет об Азербайджане, мы должны помнить, что США являются и всегда были крупным игроком на Южном Кавказе, и не только в отношении конфликта с Арменией, но и с точки зрения иностранной помощи Грузии. Поэтому в свете последних событий в регионе мы можем ожидать еще большего участия США и, как мы надеемся, позитивной позиции в деле содействия миру и стабильности.
— Учитывая эскалацию конфликта на Ближнем Востоке, как вы оцениваете роль крупных мировых держав, таких как США и ЕС, в этом регионе?
— Соединенные Штаты и европейские страны всегда были крупными игроками в регионе. С исторической точки зрения, можно упомянуть роль Франции и Великобритании в 1956 году после национализации Насером Суэцкого канала, а также прочное партнерство (в том числе и в военном плане) между Иерусалимом и Вашингтоном.
В свете растущей напряженности и риска вовлечения в более широкий региональный конфликт США и Европейский союз, в частности, должны вернуться к своей изначальной роли миротворцев и содействовать не только достижению прекращения огня, но и общей деэскалации продолжающегося конфликта. В этом смысле дипломатия и международное правосудие являются, по моему мнению, путем, по которому следует идти не только в отношениях между Израилем и палестинским народом, но и во всем регионе.
— На фоне растущего влияния Китая какие риски и возможности вы видите для Европы в текущей конкуренции за экономическое и политическое влияние? Как ЕС должен стратегически отреагировать на эту инициативу?
— Рост Китая как глобального экономического игрока, несомненно, несет с собой многочисленные проблемы для Европы с точки зрения влияния, стратегического веса в международных отношениях и торговой мощи. Если бы я могла выбрать один основной аспект конкуренции, это были бы, безусловно, технологии, НИОКР и инновации. Это действительно зависит от экономических ресурсов, доступных на обоих континентах, и особенно от «нового золота» нашего века — редких металлов. Китай не только обладает наибольшей концентрацией редких металлов на Земле, но эти ресурсы в то же время являются основополагающими для целей энергетического перехода ЕС, электромобилей, чипов, фотоэлектрической и солнечной энергии, высокоточных ракет и многого другого.
— Каков, с вашей точки зрения, основной курс внешней политики Италии?
— Итальянская внешняя политика всегда имела естественное призвание к морю. Несмотря на то, что Италия активна и присутствует во многих международных досье — от ее роли в ЕС до ее усилий по поддержанию обороны Украины, ее гуманитарной помощи палестинскому народу и решительного осуждения жестоких нападений ХАМАС на Израиль — основное внимание Италии должно быть снова сосредоточено на Средиземноморье. Действительно, большинство проблем (от миграции до торговли, от терроризма до изменения климата, от конфликтов до энергетической безопасности) транзитируют к Mare Nostrum и исходят из так называемого «широкого Средиземноморья».
По этой причине Италия должна вернуться к своей роли посредника и вектора мира и стабильности во всех частях Средиземноморья, усиливая и полностью используя свои прекрасные военно-морские возможности. Это также означало бы действовать как главный герой в своем собственном и ближайшем «дворе», а не подчинять свою роль Франции или Великобритании в ключевой области интересов Италии.
