Цели и задачи БРИКС во многом вписываются во внешнеполитическую стратегию Азербайджана. Об этом сказал кандидат исторических наук, заведующий сектором Центральной Азии ИМЭМО РАН Станислав Притчин, комментируя для Minval.az значение БРИКС и выгоду от сотрудничества в рамках данной организации для Азербайджана.
«Говоря о БРИКС, стоит отметить, что это достаточно долгосрочная и многоплановая история, потому что в данный конкретный момент БРИКС — только формирующаяся организация. Задача — сформировать такое объединение, которое бы позволило создать независимую инклюзивную финансовую систему, чтобы у стран, входящих в БРИКС, была возможность торговать друг с другом без оглядки на третьих игроков. Это создание более справедливой региональной системы принятия решений пока в экономической сфере. То есть, если посмотреть цели и задачи БРИКС, то они во многом вписываются во внешнеполитическую стратегию Азербайджана в рамках Движения неприсоединения, в рамках выстраивания независимой многовекторной внешней политики без вступления в какие-то серьезные альянсы», — сказал эксперт.
По его словам, в этом плане БРИКС – оптимальная организация, потому что она дает возможность инклюзивно, на равноправной основе выстраивать отношения уже сегодня с ведущими экономическими державами, и при этом участвовать в формировании той инфраструктуры, которая предполагается в рамках БРИКС, которая позволит Азербайджану чувствовать себя уверено даже в случае дальнейшего ухудшения отношений с западными странами.
«В этом плане подключение к организации сегодня позволяет Азербайджану участвовать в дальнейшем ее улучшении, формировании наполнения ее практическими шагами, инициативами, проектами, которые позволят достичь целей этой организации, то есть это гораздо выгоднее, чем подключаться к уже действующей организации, как ВТО, где ты ничего поменять не можешь, а вынужден следовать правилам, как кандидат, пойти со всеми на компромисс, открыть свой рынок максимально, чтобы присоединиться, но при этом права голоса ты не имеешь», — отметил С.Притчин, перечисляя преимущества БРИКС.
Говоря о подключении к организации на стадии формирования, он сказал: «Это означает, что у Азербайджана будет право голоса в этой организации в процессе ее формирования, пока процедуры вступления в нее максимально не осложнены. В этом плане возможности для Азербайджана открываются достаточно большие».
Директор института стран Азии и Африки МГУ Алексей Маслов выгоду для Баку видит в расширении многосторонних контактов, прежде всего во взаимодействии в рамках Нового банка развития (НБР) БРИКС.
«Это инфраструктурные инвестиции и возможность развивать свою торговую сеть, в том числе поставки по всей территории стран БРИКС. Во-вторых, это вопрос безопасности, что для Баку сегодня очень важно. И самое главное – возможность в дальнейшем развитие более удобных платежных систем, которые по-разному, правда, продвигают Китай и Россия, поэтому для Азербайджана это будет крайне интересно», — убежден эксперт.
По его словам, БРИКС — одна из самых универсальных организаций, которая ставит перед собой целый ряд вопросов, начиная от политики и экономики, до образования и культуры: «У БРИКС, например, есть Сетевой университет, есть вопросы трансфера технологий. То есть в данном случае БРИКС вполне конкурентоспособна».
«Кроме того, очевидно, что БРИКС широко и быстро развивается. В-третьих, в отличие от многих других организаций, в том числе ШОС, в БРИКС нет членства в чистом виде – это все-таки объединение, а не ассоциация. В этом смысле БРИКС накладывает низшие обязательства на своих участников. Но при этом дает довольно широкие возможности для экономических обменов. БРИКС вполне конкурентоспособна», — добавил А.Маслов в продолжение темы отличий организации от ее европейских аналогов.
Комментируя факт того, что Казахстан пока не торопится становиться членом БРИКС, эксперт отметил, что Астана сейчас опасается активно участвовать в различных международных организациях и смотрит на то, как они будут развиваться.
«Кроме того, Казахстан, судя по всему, не хочет портить отношения с США, и очень не хочет, чтобы его втянули в обсуждения, например, альтернативных платежных систем», — добавил он.
А. Маслов отметил, что у Казахстана свой интерес, «хотя, на мой взгляд, находиться прямо в центре азиатских событий и при этом опасаться взаимодействия с окружающими странами, является не самой продуктивной позицией».
«Конкуренции внутри БРИКС нет, потому что у организации нет конкурентных моментов. Очевидно, что у Китая самая крупная экономика и по объему ВВП, и по торговле, но БРИКС так же нужен Китаю, как Китай — организации, потому что КНР очевидно хочет использовать организацию в расширении поставок своих товаров, которые сейчас серьезно заблокированы на Западе», — сказал эксперт.
Кроме того, продолжил эксперт, Китай заинтересован в расширении через БРИКС зоны свободной торговли, прежде всего для поставок своих электромобилей и в целом своих товаров.
«Есть еще один важный момент — противоречия между странами, которые исторически были между Китаем и Индией, удалось сгладить. Вот мы увидели встречу Си Цзиньпина (председатель КНР-ред.) и Моди (премьер-министр Индии-ред.) на полях саммита БРИКС. Поэтому о конкуренции внутри БРИКС речи идти не может.
Есть попытка сделать БРИКС противовесом тому же ЕС, но есть и другое. Например, если мы посмотрим на заключительный документ БРИКС, там сказано о сотрудничестве с Международным валютным фондом и как раз здесь нет противостояния. БРИКС также провозгласил инклюзивность, то есть подключение к этому сотрудничеству со всеми официальными институтами.
Другой момент: конечно, позиции в рамках БРИКС не у всех стран совпадают. Например, если Россия ратует за скорейшее введение альтернативных платежных систем, то Индия и Бразилия значительно аккуратнее к этому подходят, потому что им эффективнее работать и с нынешними платежными системами. Не имеет смысла считать, что БРИКС – это организация с единым мнением. Пока идет некая притирка позиций, и большинство стран как раз не хотят делать из организации противовес каким-то другим объединениям», — заключил Алексей Маслов.
