Ближний Восток — на грани большой войны, и в роли детонатора выступает вовсе не сектор Газа. Напомним: 28 января проиранские группировки атаковали при помощи БПЛА американскую военную базу «Эт-Танф» на севере Иордании. В результате трое военнослужащих убиты, еще 25 получили ранения. Госсекретарь Энтони Блинкен на совместной пресс-конференции с генсеком НАТО Йенсом Столтенбергом заявил: Вашингтон будет решительно отвечать на совершенные удары по своим позициям на Ближнем Востоке. И добавил: «Ответ (за атаку на базу США в районе Эт-Танф. — Ред.) может быть многоуровневым, происходить поэтапно и поддерживаться в течение времени». Отметив при этом, что Соединенные Штаты Америки пытаются не допустить новой эскалации в регионе. Ответ Ирану пообещал и президент США Джо Байден. Согласно «утечкам», опубликованным в СМИ, нынешний хозяин Белого дома даже приказал помощникам подготовить план военной операции против ИРИ.
Утечкам, конечно, можно верить или не верить. Тем более что в военных кругах принято готовить «на всякий случай» планы не самых вероятных военных операций. Но…
Мяч сегодня, очевидно, на американской половине поля. Иран после удара по базе США на границе Сирии и Иордании может «держать паузу», тем более что его йеменские прокси продолжают во всех смыслах вести беспокоящий огонь по гражданским и военным судам стран Запада. Однако слишком многое указывает на то, что иранская «муллократия» перешла «красную черту». Гибель своих солдат — совсем не то, что Байден может простить Раиси. Более того, как показал иранский «обмен ударами» с Пакистаном, по целям на территории самого Ирана бить можно. И не факт, что после этого иранская муллократия не попытается «налаживать отношения» и извиняться.
Свою роль, без сомнения, играют и события в Красном море. Где операция по обеспечению безопасности судоходства плавно дрейфует к военно-морской операции против йеменских хуситов. В ход уже идут баллистические ракеты, хуситам удалось поджечь танкер, под ударом — американские военные корабли…
При этом беспроигрышного варианта поведения нет ни для Ирана, ни для США. В том числе и с учетом малоприятного политического правила: на фоне «тлеющей напряжённости» очень опасно проявлять излишнюю агрессивность. Ответ всегда может оказаться жестче прогнозируемого, что, по всей видимости, и происходит сегодня с Ираном. Но и не проявить требуемую жесткость тоже может оказаться опасной игрой. Такую стратегию вполне могут посчитать признаком слабости и попытаться «дожать». И вот это уже про США. Вашингтону продолжает «аукаться» спешное бегство из Афганистана. Которое, как уже отмечалось, воодушевило многих, в том числе и Иран.
Так что теперь Джо Байден оказался перед непростым выбором. Ввязаться накануне выборов в новую войну и получить поток гробов с Ближнего Востока — совсем не то, чего нынешнему хозяину Белого дома хотелось бы накануне выборов и более чем непростого соперничества с Дональдом Трампом. Не ответить на иранский удар — тоже так себе выбор. Тем более что в этом случае уже Иран будет «повышать ставки», чтобы выдавить США из Сирии и Ирака. А это означает не только новые «уколы в самолюбие» и вопросы «как долго мы это будем терпеть» — Байден, далеко не новичок в политике, прекрасно знает, как дорого обошлась тому же Джимми Картеру нерешительность в истории с американскими заложниками в Тегеране.
К тому же с возрастом человек может забыть, что он ел на завтрак и где выход со сцены, но события, случившиеся несколько десятилетий назад, будет помнить очень хорошо. Наконец, Дональд Трамп уже успел растиражировать, как иранцы предупреждали его об ударе по американской базе, и этот удар обошелся без жертв, и это тоже будет бить по предвыборным позициям Байдена. Не зря иранцы уже обещают «ответить» США на удар, который еще не нанесен.
А это значит, что перспектива новой войны на Ближнем Востоке становится пугающе реальной. Формально Азербайджан в нее никоим образом не втянут. Но война у границ — это всегда огромные риски. На первом месте, конечно, возможный приток беженцев. Но не только. Как уже отмечалось, здесь не исключены ни попытки втягивания Азербайджана в союз с одними против других, ни возвращение Ирана к обещаниям времен Ахмади Неджата ударить по «американским целям», то есть контрактным нефтяным платформам, на Каспии.
И, наконец, на фоне недавних протестов нет ясности, насколько устойчивым в этом случае окажется сам муллократичский режим и насколько велик риск распада Ирана. А это уже полностью меняет для нашей страны прочтение «южноазербайджанского фактора». Азербайджан — сторонник уважения признанных границ, но если Иран оправдает поговорку «тресты лопаются изнутри» — тут уже придется менять стратегию. А значит, планы на такой случай надо готовить уже сегодня.
Нурани, обозреватель
