В последние дни, и даже недели, на антиазербайджанском фронте стало жарковато. С Арменией все ясно, с отцами провокаторов всегда нужно держать ухо востро. Но к ней присоединились и такие державы, как Россия и Иран. Согласитесь, что это совсем другой уровень, а следовательно и ответы на инсинуации «ирано-российского союза» против Азербайджана должны иметь более весомый характер. И Азербайджан показал, что никакие военные свистопляски Ирана на границе с нашей страной не могут напугать (Тегеран на это наивно надеялся) Баку. Наши ответные военные учения обозначили повестку не одного дня: Азербайджан не только готов к внешним вызовам, но и отвечает так, что «мама, не горюй».
Тегеран, поняв, что бодаться нет смысла, зарядил советника Верховного лидера Ирана Али Акбар Вилаяти, который в духе чисто восточной дипломатии измазался в патоке: «Азербайджан – свет очей Ирана». А тем временем другой наш сосед, не искушенный в придворных пиететах, также решил обозначить свою негативную позицию в отношении Азербайджана. И это притом, что носитель негатива в лице российского миротворческого контингента находится на нашей земле.
Дело в том, что военное руководство РМК нарочито искажает азербайджанские топонимы, ссылаясь на какие-то карты Генштаба ВС России. Тогда как азербайджанская сторона предоставляла РМК исконные названия азербайджанских населенных пунктов. Неоднократно азербайджанская сторона выражала протест по данному поводу, но, как говорится, воз и ныне там.
Возникает вопрос: что стоит за избирательной российской слепотой с армянским искосом? Создается интересная ситуация. Ереван почти на всех политических площадках пытается «отколоться» от России, но Москва, понимая, что «раб» ускользает, старается обозначить свой вес на Южно- Кавказкой платформе, и не упустить армянскую «шестерку» из рук. Но ведь армянская карта давно уже бита, кому она нужна?
На ряд вопросов в беседе с Minval.az ответил азербайджанский политолог, глава Центра исследований Южного Кавказа Фархад Мамедов.
«Искажение азербайджанских топонимов и терминология, используемая российской стороной, начались сразу после 44-дневной войны. Вспомним два указа президента России Владимира Путина по Карабаху, без привязки к Азербайджану. Это вопрос о развертывании РМК и создании межведомственного центра гуманитарного реагирования по Нагорному Карабаху», — сказал он.
По словам Фархада Мамедова, российская сторона все еще не может избавиться от названий, данных в советский период, и продолжает следовать штампам и клише.
«А жесткая позиция азербайджанской стороны, которая выступает против «миротворческой деятельности», несомненно, является сигналом. Негативные действия РМК в отношении Азербайджана говорят о формировании контента к 2025 году. То есть, российской стороне придется очень постараться, чтобы обосновать вопрос продления мандата еще на пять лет. И азербайджанские месседжи говорят о том, что устные обещания российской стороны, которые были даны за закрытыми дверями, не исполняются вообще. И все это приводит к публичным противоречиям даже не на уровне МИД двух стран, а оборонных ведомств двух стран. А сей фактор показывает глубинные разногласия между сторонами», — отметил политолог.
Наш собеседник также затронул вопрос «виляющей» политики Армении на международной арене.
«Армения действует на международной площадке двояко. Но зададимся вопросом: чего Ереван добился? Если в начале посреднической миссии европейская и американская дипломатии и говорили о каком-то статусе Карабаха, «народе Карабаха», то по истечении непродолжительного времени европейская и американская дипломатии развернули свой вектор. И в большинстве случаев позиции европейцев и американцев схожи с оценкой Азербайджана в вопросе затянувшегося конфликта. То есть, Европа и США исходят из норм международного права», — подчеркнул наш собеседник.
По словам Фархада Мамедова, внешнеполитические заигрывания армянского руководства заводят его в тупик.
«Они говорят, но на деле не реализуют свои слова. Азербайджанская же сторона наглядно демонстрирует и Европе, и России, и США, что армянская сторона не выполняет взятых на себя обязательств», — заключил азербайджанский политолог.
Фарид Теймурханлы
