Я практически на 100% уверен, что это – не Украина. Почему? В условиях реальной войны, когда осуществляются активные мероприятия на территории противника, наши спящие группы осуществляют свою деятельность в условиях усиленного контрразведывательного поиска противника. Об этом, как передает Minval, пишет журналист и бывший украинский депутат Сергей Высоцкий.
Группа, которая может выполнить такую сложную задачу на территории Московской области, должна состоять как минимум из трех-четырех человек. Нужно исследовать стиль жизни и график объекта, разработать план активных мероприятий, собрать и провести установку устройства, иметь несколько путей ухода и эксфильтрации, план прикрытия, несколько помещений – основное и хотя бы один safehouse в качестве экстренной эвакуации.
С оперативной точки зрения успешное осуществление такой операции – это сверхсложная задача. После которого группа выводится с территории противника.
В подобную акцию вкладываются очень большие средства. И ее исполнение должно нанести реальный урон силам и средствам врага, его морально-психологическому состоянию.
Ликвидация даже самого Дугина, являющегося по своей сути просто бородатым клоуном, не решает ни одной нашей задачи в области обеспечения нацбезопасности.
И вот здесь есть вопросы. Одна группа работает по одному, максимум — двум объектам. Приоритетными целями в условиях войны являются объекты, ликвидация которых ослабит противника. Это высокопоставленные офицеры ГРУ-ФСБ, отвечающие за «спецоперацию», руководители оборонных предприятий, ученые, олицетворяющие оборонные программы, бизнесмены и сотрудники спецслужб, которые по каналам технической разведки управляют цепями поставок подсанкционных комплектующих для российского ВПК, перешедшие статусные предатели сторона врага и военные преступники.
Тратить ресурс по существу одноразовой спящей агентурной сети на Дугина – это себя не уважать.
Наша тактика в войне, как показывает опыт, направлена не на эффектность, а на эффективность. Ликвидация Дугина (тем более его дочери-маргиналки) не является эффективным использованием ресурса.
Именно поэтому у меня есть сомнения в том, что это наша активная мера.
Но, вспоминая операцию ФСБ, которая готовила теракты в московском метро для обвинения Украины, у меня есть подозрение, что подрыв авто в Подмосковье – это акция российских спецслужб, направленная на мобилизацию собственного населения и дискредитацию Украины в глазах западных партнеров.
Если завтра в Москве начнут показывать доказательства того, что операция была осуществлена украинскими фашистами, под руководством лично Бандеры, а в каком-нибудь помещении при обыске найдут очередную «визитку Яроша» и декалог украинского националиста – буду считать, что моя теория верна!
