Результаты переговоров Турции, Швеции и Финляндии при участии генсека НАТО Йенса Столтенберга — классический пример решения, которое в англоязычном мире называют win-win, то есть «выиграли обе (впрочем, в данном случае все три) стороны». Реджеп Тайип Эрдоган получил гарантии,что власти Финляндии и Швеции будут серьезно бороться с терроризмом. Сами Финляндия и Швеция — получили доступ к членству в Североатлантическом альянсе: Турция свои возражения сняла. НАТО в лице своего генсека еще раз продемонстрировало и собственную привлекательность, и эффективность в таком деликатном вопросе, как решение споров и проблем между своими членами и партнерами.
Но все же главный приз достался в результате Анкаре. Вопрос противостояния террору РКК/YPG и FETO слишком серьезный для Турции. Это не вопрос престижа — это вопрос безопасности. И любой успех здесь по понятным причинам важен для Турции. Особенно если речь идёт о «европейском» плацдарме.
Переговоры со Швецией и Финляндией с самого начала шли на фоне четкой и очевидной поддержки позиции Анкары со стороны генсека НАТО Йенса Столтенберга. Он еще около недели назад в интервью немецкой Bild напомнил, что «ни одна страна НАТО не пострадала от террора так сильно, как Турция», — и добавил, что именно поэтому НАТО очень серьезно относится к озабоченности Турции и делает все возможное для решения этой ситуации.
Параллельно Анкара продвигает диалог и с США, в том числе по вопросам приобретения самолетов F-16.
Наконец, нельзя не заметить, что столь впечатляющую поддержку в вопросе противостояния террору РКК Турция получила как раз накануне своей анонсированной операции в Сирии.
А вот тут есть тонкости. Отношение к этой операции даже среди союзников Турции по НАТО, скажем так, неоднозначное. На Западе хватало и хватает тех, кто готов видеть в курдских боевиках «ценных союзников». Формально переговоры Турции, Швеции и Финляндии не касались Сирии. Там речь шла, если уж называть вещи своими именами, о соблюдении Стокгольмом и Хельсинки собственных законов и обязательств в противостоянии террору. Однако давно известно: за такими решениями чаще всего стоит недвусмысленный тренд. Который немедленно отразится и на ситуации в Сирии. Где Эрдоган обещает провести антитеррористическую операцию, как только для этого будет все готово.
И, конечно же, сегодня, после — назовём вещи своими именами — триумфа турецкой дипломатии на натовском поле, интересно было бы послушать авторов очередного вала прогнозов и комментариев в стиле «Турцию исключат из НАТО», «Анкара в изоляции» и т.д.
Еще интереснее вспомнить недавние нравоучения, с которыми выступала глава МИД Франции Катрин Колонна: дескать, «Турции нужно сделать свой выбор ввиду ее обязанностей. Хочет ли она усилить Альянс или она против него? Что не может не привести к вопросу о ее поведении как члена НАТО». В устах представительницы официального Парижа, тем более из команды Макрона, это вообще звучало весьма оригинально. Если кто забыл, нынешний хозяин Елисейского дворца позволял себе рассуждать о «смерти мозга НАТО». А Франция на мировой арене слишком часто играла против своих союзников по альянсу. Ливия, где Париж поддержал генерала Хафтара вопреки позиции не только НАТО, но и ООН, причём исключительно из желания вставлять палки в колёса Турции — пример показательный, но не единственный.
А теперь Турция еще раз подчеркнула свой статус ключевой страны Североатлантического альянса. Еще раз продемонстрировав, что с ее интересами надлежит считаться. Прежде всего в сфере безопасности.
Нурани, обозреватель
