Российско-украинский кризис запустил машину радикального переформатирования мира, охватившую политические процессы, системы международной безопасности, энергетический рынок и даже пищевой сектор. Несмотря на то, что ЕС на последнем заседании не смог принять шестой пакет санкций, США и Евросоюз решение все же отказаться от российских энергоресурсов.
Однако в одночасье это сделать не удастся. Как сообщают источники Bloomberg, уже около 20 стран-членов ЕС открыли свои счета в «Газпромбанке» и закупают российский газ по новой схеме. Но стратегическое решение стран ЕС никуда не делось, оно будет выполняться постепенно, по мере определения новых поставщиков нефти и газа.
В эти дни в Тегеране с официальным визитом побывал эмир Катара Шейх Тамим. Визит состоялся по приглашению иранской стороны, где эмир встретился с верховным лидером Ирана, аятоллой Али Хаменеи. Стороны обсудили геополитические процессы, которые развиваются в регионе и российско-украинский конфликт.
Но центральной темой встречи было снятие санкций с Ирана и переговоры по ядерной сделке, а также сотрудничество в области энергоресурсов. Ухудшение российско-западных отношений резко увеличило спрос на катарский газ, продаваемый в виде СПГ (сжиженный природный газ). В этой ситуации Катар пытается увеличить объем добываемого газа с месторождения Южный Парс, который использует совместно с Ираном.
Южный Парс — крупнейшее в мире газовое месторождение, обладает запасами газа в размере 14 триллионов кубометров, которых хватит на 25 лет удовлетворения потребностей Европы в газе. Однако санкции против Ирана препятствуют поступлению газа с иранской части месторождения Южный Парс на европейский рынок. По этой причине Катар старается как можно скорее завершить ядерные переговоры, тем самым — снять санкции с Ирана.
Словом, Вашингтон намерен вовлечь Иран в газовую игру, чтобы в какой-то мере снизить зависимость Европы от российского газа, а эмир Катара пытается играть в этом вопросе посредническую роль. Утверждается, что участие Ирана в этой игре может оказать существенное влияние на «газовый рычаг» России в Европе. После Ирана катарский лидер отправится в Европу, Швейцарию, Германию и Великобританию.
На сегодня главной спорной темой между Ираном и «шестеркой» переговорщиков является то, что иранская сторона требует снятие санкций с КСИР, который еще при Дональде Трампе был включен в список террористических организаций. Перед эмиром Катара стоит задача — убедить западных партнеров снять санкции с Ирана и тем самым открыть потенциал иранского энергетического сектора.
Если верить министру энергетики Ирана, исламская республика увеличила поставки нефти и газа странам мира и это при том, что Китай начал уменьшать закупки иранской нефти. Китай больше закупает у России, которая сейчас продает свою нефть со «скидкой».
Лихорадка в поисках альтернативного российским энергоресурсам топлива сблизила демократов США с такой страной, как Венесуэла – с Каракаса уже снято нефтяное эмбарго. То есть, в целях стабилизации цен на рынке нефти США могут, когда нужно, пойти на определенные уступки.
В случае Ирана будет примерно тоже самое, но на это потребуется чуть больше времени и определенных гарантий, что исламская республика не будет делать резких антиизраильских заявлений. Однако антиизраильская направленность Ирана и заявления отдельных политиков – это чисто внутриполитический популизм иранских клерикалов и за этим ничего реального не стоит. Поэтому у сторон есть все шансы для того, чтобы договориться.
Ниджат Гаджиев
