Какие факторы в действительности определяют формулу логики иранского руководства и есть ли она у Тегерана вообще? Такой вопрос возникает почти ежедневно, учитывая частоту абсурдных заявлений, звучащих в адрес нашей страны из Ирана. Но есть явное ощущение, что Тегеран намерен поиграть «против всех» совершенно не задумываясь о последствиях, в том числе о том, что любой вооруженный конфликт в регионе грозит серьезными последствиями для всех сторон. Но понимают ли это в Тегеране?
«Сейчас Тегеран находится в сложном положении, учитывая то, что США и Израиль заявили о вероятности нанесения удара по иранским ядерным объектам, так как Иран подошел к границе, за которой уже через несколько месяцев может быть создано иранское ядерное оружие. Ни США, ни Израиль допустить этого не могут, и атака по иранским ядерным объектам представляется все более и более реальной».
Об этом в интервью Minval.az заявил директор Института Современного государственного развития Дмитрий Солонников, отметив, что в качестве ассиметричного хода Иран сейчас пытается обострить ситуацию.
Понятно, по оценке политолога, что с США Иран воевать не может, и никаких шансов у него на это нет, с Израилем это тоже проблематично, а вот попытаться втянуть в вооруженный конфликт близлежащие государства – Азербайджан или Турцию – Иран может.
«В данной ситуации для Ирана — это игра на повышение ставок, мол, если будет удар по нашей территории, то мы можем развязать локальную войну, в которую будут втянуты несколько государств региона. И с угрозой, «что мало от такой войны не покажется никому», а также, возможно, с посылом, что такая война станет триггером для обрушения мировой экономики, что и так балансирует на грани стабильности», – отмечает политолог.
По его словам, такая позиция действительно опасна для всех. Россия, напомнил он, высказала свою точку зрения и подобную позицию Ирана не поддержала.
Но почему Иран предположил, что поддержка России может быть?
«Дело в том, что недавно состоялся саммит ШОС, где Иран был принят как полноправный член организации, и, возможно, в связи с этим Тегеран предположил, что может налаживать более тесные мосты сотрудничества с Москвой, предлагать какие-то неординарные решения наподобие этого. Ирану на какой-то момент поверилось в то, чего и быть не может», — подчеркнул политолог.
Иран, по оценке политолога, действительно находится в сложной ситуации, выискивая какой-то нетривиальный выход.
«Но выход, предложенный Ираном, явно совершенно Москву не устроил, о чем было сказано, и ожидания Тегерана, что после вступления в ШОС как-то изменится баланс интересов, не оправдались. Россия, без сомнения, заинтересована в мире и спокойствии на Кавказе, и никакой перенос конфликта с Израилем в регион Россию не устраивает — ни с какой точки зрения. Эта позиция России была доведена до иранского руководства», — подчеркнул Солонников.
Никакой поддержки от России таким акциям не будет. И даже молчаливого согласия Тегерану не стоит ожидать, добавил он.
И хотя, по словам политолога, Иран получил свой ответ от России, к сожалению, опасность атаки Израиля на Иран сохраняется.
«И сказать, что после этого в регионе все стало спокойно – нет, конечно. Будем надеяться, что позиция Москвы свою определенную роль в принятии решения иранским руководством сыграть может, но вообще говорить о том, что в передней Азии дело идет к разрешению ситуации в спокойном дипломатическом русле пока нельзя, опасности срыва сохраняются», — резюмировал наш собеседник.
В. Мансуров
