Афганская драма Америки отнюдь не неожиданность. Великие нации не раз проходили через унижение военным поражением — США в Корее и во Вьетнаме, Франция в Алжире, СССР в Афганистане. Каждый раз поражение становилось шоком, который сотрясал основы государств, потерпевших провал. Не забудем, что афганская эпопея СССР ускорила падение советского государства.
История повторяется. Как и во времена Вьетнама Америка давно хотела уйти из Афганистана, но «с честью» (как надеялся президент Никсон) и без унизительной капитуляции. Вышло по-другому. Америка искала договорённостей с талибами, как некогда с Вьетконгом. Но противнику нужен был не компромисс, а победа и пощечина американцам. В Афганистане США не удалось совместить военную победу с демократизацией – как не удалось и во Вьетнаме.
Афганская драма продемонстрировала то, что в свое время Киссинджер при осмыслении «Вьетнамского синдрома» назвал «перенапряжением» Америки. Кроме того, «американские моральные убеждения вступили в противоречие с ее возможностями», — говорил Киссинджер. Трагические события в Кабуле, последовавшие за уходом западной коалиции, подтвердили аксиому: нет элегантного способа завершить проигранную войну.
Как и в 70- е гг в Индокитае сегодня Америка терпит поражение в момент потери драйва. В 70-х гг. Запад проходил через кризис капитализма и демократии. Сегодня Запад переживает очередной системный кризис. Афганский провал становится ударом по сообществу либеральных демократий — и не только по США- в момент, когда им нужно единство и сила для борьбы с пандемией и климатическим шоком.
Понятно, что Байдену теперь придется с трудом восстанавливать роль Америки и западное единство. США предстоит вновь мучительно переосмысливать баланс силы и возможностей, пересматривать свой идеализм и веру в миссионерство. Конечно, афганское бегство будет провоцировать агрессивность американских оппонентов и их желание дернуть Америку за хвост.
Вызванная Афганистаном национальная травма потребует годы для преодоления. Так, «Вьетнамский синдром» пронизал американское мышление, политику и культуру на десятилетие. Американцы еще долго будут спрашивать себя во имя чего погибали их солдаты в Афганистане. «Афганский синдром» Америки впереди и мы не знаем, во что выльется ее боль поражения и стремление с этой болью справиться.
Но не будем хоронить Америку с ее идеализмом и стремлением проецировать силу. Поражение может быть более мощным фактором обновления и сбрасывания старого груза, чем победа. Поражение во Вьетнаме ускорило в США трансформацию и экономики, и самого общества, повернув его к эгалитаризму и акценту на права и свободы. Геополитическое унижение заставило Америку искать новые способы возвышения. Именно борьба с «Вьетнамским синдромом» стала лейтмотивом президентской кампании Рейгана, который возвратил Америке ее гегемонию, авторитет среди союзников и ее веру в свою мощь. Именно президент Рейган заставил СССР разрушить Берлинскую стену, тем самым начав процесс распада мировой системы социализма. Именно Рейган своими «звездными войнами» подтолкнул СССР к пропасти.
Америка не в первый раз демонстрирует умение ошибаться и неспособность соизмерять идеализм с реальностью. Но Америка не один раз демонстрировала своё умение концентрироваться и подниматься после поражения и дезориентации. Не исключено, что провал афганской миссии был Америке необходим для поиска нового пути.
Байдену приходится отдуваться за предыдущих четырех президентов, которые не смогли справиться со страной- могильщиком империй. Но те приоритеты, которые выбрал Байден, говорят о том, как Америка будет искать свое возрождение- через внутреннюю перестройку, через создание новой инфраструктуры будущего, ориентированной на благосостояние человека и зелёную революцию. «Пакет» Байдена на 3.5 триллиона долларов на борьбу с бедностью и защиту окружающей среды и 1 триллион долларов на модернизацию инфраструктуры — самый амбициозный в истории план трансформации. Если Америке удастся его осуществить, это будет новая страна.
Пока мы рассуждаем, кто заполнит оставляемый Америкой мировой вакуум ( и разве кто может его заполнить?), американцы будут обновлять свою систему. Конечно, власть талибов возвращает в повестку дня угрозу мирового терроризма. Здесь неизбежно сотрудничество Запада с Россией и Китаем. Возможно, Талибан смягчит идеологическую конфронтацию между соперниками. Талибан сыграет и другую роль, заставив Запад задуматься о том, как продвигать свои ценности- чтобы избежать унизительных провалов.
Запад стал иным после Вьетнама. Запад станет иным после Афганистана. К этому России нужно готовиться. А тот факт, что поражение США создает зону нестабильности вблизи российской границы и непонятно, что с этим делать, говорит о том, что поражение Америки – не обязательно благо для России.
Вместо того, чтобы злорадствовать и наслаждаться американским провалом, нам лучше усвоить его уроки для России, которая так и не сделала выводов из своего афганского поражения: нельзя вовлекаться в авантюру, не имея представления о ее последствиях и о том, как из нее выходить; есть войны, которые нельзя выиграть.
Лилия Шевцова, политолог
