Афганские народы, попавшие под власть представителей движения «Талибан», которые в воскресенье, 15 августа, взяли столицу страны Кабул и полностью сосредоточили правление в своих руках, на самом деле солидарны с талибами, считает российский историк Андрей Зубов.
На своей странице в Facebook он написал причину, почему талибы смогли захватить власть в Афганистане, и какими от этого могут быть последствия.
«Кабул пал сегодня (вчера- ред.). Талибы заняли столицу Афганистана без сопротивления. До этого без сопротивления один за другим пали все города страны, все ее провинции. Афганцы умеют воевать и практически непобедимы в войнах даже с сильнейшими странами мира. Они вышвырнули из своей страны Британскую империю, потом СССР, а теперь США с их союзниками по НАТО. 300-тысячная армия Афганистана, обученная и оснащенная НАТО по последнему слову военного искусства, исчезла без сопротивления за несколько недель. 75-тысячное войско талибов, вооруженное только ручным оружием, не имеющее авиации, дронов, реактивной артиллерии заняло страну. Такой ошеломительной победы не ожидал ни президент Байден, ни президент Путин. Такой победы не ожидал никто.
И сама эта победа ясно свидетельствует об одном — народ Афганистана солидарен с талибами. Они для него не враги, не чужестранцы и не союзники чужестранцев. Таковым афганцы не покоряются никогда, а талибам они открыли все ворота всех крепостей. Талибы — свои. И если в 1996 году, при первом приходе к власти Талибана им эффективно противостояли северные народы Афганистана — таджики и узбеки, то на этот раз такого противостояния не было. Из пуштунского движение Талибан превратилось в общеафганское. Это факт. Религиозное знамя победоносного ислама заменило этнические стяги для большинства афганцев. А те, кто против исламского фундаментализма, бегут сейчас из страны. Но их немного. Тонкий, создаваемый сначала СССР, потом США слой европеизированных афганцев смог весь уместиться на аэродроме Кабула и в нескольких палаточных городках беженцев в Таджикистане и Узбекистане.
Весь мир сейчас волнуют ответы на два вопроса, отнюдь не праздных — почему это произошло и что будет потом.
Ответ на первый вопрос ясен. Создать культурное демократическое государство в Афганистане американцам не удалось. Триллион долларов потрачен зря. Эксперимент не удался. Возможно, если в 2001-2005 гг. США восстановили в стране традиционную монархию исход был бы иным. Но отторжение от идеи монархии в американском обществе оказалось слишком сильным. И вот — без авторитетной для народа власти режим смог держаться только на американских штыках. А сидеть на них, как известно, не комфортно.
В вопросе вывода американских войск бывший президент Трамп и нынешний Байден оказались вполне солидарны. Это решение своего предшественника Джозеф Байден подтвердил и ускорил. Он же придал ему глобальный смысл. Америка уходит из Афганистана, предлагая соседним странам — России и ее среднеазиатским союзникам, Китаю с его мусульманским Синьцзяном, Ирану, с его шиитскими аятоллами решать проблему радикального суннитского исламского движения самим. Пусть в борьбе с растущим влиянием талибов изнуряют себя враги Америки, которые вроде бы даже не брезговали платить талибам за голову каждого американского солдата (быть может это только слух, но слух характерный и распространившийся широко). Сами американцы из борьбы устраняются. Они теперь не будут губить своих парней, тратить силы и деньги в горах Афганистана, а будут собирать силы на своей земле и на землях надежных союзников, которые ценят их и надеются на них — в Европе, в Японии, в Израиле.
Пусть силы тратят враги Америки, для которых Средняя Азия — подбрюшье, Синьцзян — самая большая провинция, пуштуны — ближайшие соплеменники, но непримиримые иноверцы. Пусть тратят силы Россия, Китай, Иран. Оказавшись в отчаянном положении они могут от вражды перейти к поискам союза с Америкой, особенно Россия, которой больше других терять от исламского воинственного фундаментализма, и которая существенно слабее и Китая, и Ирана.
Неожиданно и странно сбываются слова русского поэта:
«Но сами мы — отныне вам не щит,
Отныне в бой не вступим сами,
Мы поглядим, как смертный бой кипит…»
Возможно на помощь нынешним среднеазиатским режимам придет Турция. Эрдоган внимательно наблюдает за развитием событий. Сил остановить агрессивных единоверцев у Турции хватит. Быть может для этого ей придется разграничивать сферы влияния с Пакистаном — еще одной региональной суннитской сверхдержавой. Но таскать каштаны из огня для России Эрдоган точно не будет. А самой России границу по Пянджу не удержать. Сил таких нет и термоядерное оружие тут бессильно и невозможно в применении. Ни стратегическое, ни тактическое. Проникновение Талибана в Среднюю Азию будет диффузивным, или, как сейчас любят говорить кстати и не кстати, — гибридным.
И тут ответ на второй вопрос — о том, что будет. Поскольку Талибан из этно-религиозного пуштунского фундаментализма превратился в религиозное военное движение без какой-либо этнической привязки, что для ислама более чем естественно (любой национализм — ширк), то следует ожидать перенесения войны в слабейшую часть региона, где народ менее всего солидарен с властью, где народ мусульманский, а власть никакая, как в только что закончившем существование американском Афганистане, а до того — в Афганистане коммунистическом. Такую власть в исторически исламских странах фундаменталисты разрушают легко. И как раз такая власть сейчас в Туркмении, Узбекистане, Таджикистане и, отчасти, в Киргизии и Казахстане. На них и будет направлен первый удар. И эти костяшки домино быстро падут, как пали Герат, Кабул и Кандагар, и народ будет встречать талибов, а кто-то — бежать на север. Но таких будет немного. Многие уже убежали.
Только если нынешние среднеазиатские правители с поклоном поедут в Анкару, быстрой и трагической для них развязки удастся избежать. Но условия будут выдвинуты совсем не либерально-американские. Посмотрите на Азербайджан. Там это уже происходит.
А если не пойдут в Анкару, или если Эрдоган предпочтет игнорировать судьбу соплеменных народов, то вслед за Средней Азией запылает Синьцзян. Там есть чему пылать. И это будет проверка Китая на прочность. Очень суровая проверка…
О следующих костяшках домино умолчу. Но есть еще и Северный Кавказ, есть и народы Поволжья, исповедующие суннитский ислам. Вряд ли татары, башкиры, аварцы, чеченцы и ингуши в своем большинстве склонны к мусульманскому агрессивному фундаментализму. Но от того, с какой скоростью будут падать костяшки домино, начавшие свое падение в Афганистане, зависят настроения молодежи этих народов. И, конечно, эти настроения зависят от политики Москвы в отношении своих мусульманских сограждан. Силой тут не решить ничего, отвадить от радикализма можно только притягательностью свободной, зажиточной перспективы. Неким новым, настоящим федерализмом, эффективным рынком.
Чтобы сама Россия не стала костяшкой этого домино, она должна будет искать новые союзы во-вне и новую политику внутри себя. Падение России, ее развал перед лицом победоносного Талибана совершенно не нужны Западу. Россия — часть его оборонительного пояса от Атлантики до Тихого океана. Но она сама должна осознать себя таковой. И только тогда оборонительный союз с Западом станет возможным. А надежной реальностью он станет тогда, когда по своему устроению, политическому и гражданскому, мы перестанем напоминать Талибан, а станем подобны нашим новым западным союзникам.
Это — трудная задача, думаю, она не под силу нынешним неумелым и ангажированным российским правителям, ее решение требует настоящего политического искусства, а не «цап-царап». Но если мы не решим эту задачу, костяшки домино будут продолжать падать одна за другой на обширном Евразийском пространстве», — написал Зубов.
