Ситуация в районе Нагорного Карабаха вновь резко ухудшилась 27 сентября, как говорят в Баку, в связи с предпринятым Арменией интенсивном обстрелом азербайджанских позиций. Об этом пишет российское издание «Газета.ру».
Несмотря на то что международною сообщество признает самопровозглашенную НКР азербайджанской территорией, Армения предсказуемо продолжает способствовать провалу попыток политического урегулирования. Так, по оценкам ряда экспертов, с июля текущего года Ереван предпринимал по меньшей мере три попытки для эскалации тлеющего конфликта, напоминает издание.
«Минвал» публикует материал издания, в котором раскрывается хронология событий, связанных с провокацией Пашиняна против Азербайджана, без сокращений:
«Первый из этих инцидентов начался 12 июля, когда произошли так называемые «Тавушские столкновения» — вдоль села Мовсес в Тавушской области Армении и села Агдам в Товузском районе Азербайджана. Тогда Ереван свои атаки вне зоны Нагорного Карабаха – впервые за долгие годы — попытался объяснить тем, что якобы диверсионно-разведывательная группа (ДРГ) Азербайджана на УАЗе совершила попытку пересечь пограничную линию, в результате чего Армения открыла огонь. Странность версии о «разведрейде в полный рост» тогда подметил даже сам Пашинян: в ходе заседания правительства он засомневался, что в Баку решили таким своеобразным образом продвинуться вглубь линии фронта.
Однако затем попытки подогреть ситуацию продолжились: Минобороны Азербайджана всё лето рапортовало о попытках заброски на свою территорию армянских ДРГ. В итоге 23 августа, когда в плен был взят Гурген Алавердян, командир одной из групп в Геранбойском районе, спикер минобороны Армении Шушан Степанян поспешила озвучить необычную для квалификации войскового разведчика версию: офицер пропал, потому что заблудился из-за плохой погоды «при проверке боевых позиций».
Третий инцидент произошел как раз утром 27 сентября. При этом признаки подготовки провокации ощущалась заранее. Армянские СМИ активно раскручивали информацию о переброски Турцией из Сирии «наемников из дивизии «Хамза», что не выдерживает критики в виду позиционных боев на фронте. Да и именно Армения оперативно ввела военное положение и объявила всеобщую мобилизацию еще днем 27 сентября. Косвенным признаком подготовки к эскалации является и то, что Пашинян еще 11 сентября продлил карантин в стране до 11 января 2021 года. Хотя, как правило, руководители государств воздерживаются от таких долгосрочных мер, понимая необходимость давать стимул проседающей в «ковидный» период локальной и мировой экономик.
Азербайджанская сторона призвала гражданское население на оккупированных территориях держаться подальше от военных объектов и сообщила о потерях в технике, хотя и предсказуемо не такие большие, как заявлял Ереван.
Минобороны Армении, в свою очередь, не признает потери из-за мешающих подсчётам «интенсивных боёв», зато с удивительной оперативностью в цифрах ведёт «статистику» подбитой технике Азербайджана. Однако под напором местных журналистов официальный представитель ведомства Арцрун Ованнисян был вынужден признать, что «не правильно говорить, что у нас вообще нет потерь и не будет».
То, что провокации на границе и на линии соприкосновения в Нагорном Карабахе, продолжаются, весьма показательно.
Пашинян, пришедший к власти на волне «протестного голосования», пока не может похвастаться успехами на посту премьера. Во-первых, глава кабмина сталкивается с серьёзными проблемами внутри страны: перестановки в силовом аппарате, которые привели к назначению сомнительных кадров на руководящие должности, активизировали протестную волну и среди населения, и среди политической оппозиции. Во-вторых, свою роль играет и пандемия коронавируса, с которой Ереван справляется крайне плохо, — показатели по заболеваемости в Армении одни из худших на постсоветском пространстве.
В этих условиях Пашинян ожидаемо разыгрывает карту «внешней угрозы», но, к сожалению для него, этот метод не даёт эффекта. ОДКБ, к которой постоянно апеллирует армянский премьер, не спешит ввязываться в двусторонний конфликт, и причина вполне ясна: именно нынешний глава правительства Армении в своё время активно «топил» за выход из Организации, а затем тормозил процесс назначения её нового главы.
Второй путь, которым желал бы пойти Пашинян, — втянуть в конфликт Россию, которая имеет военный объект на территории республики. Но и тут у него не всё гладко. В вопросе Нагорного Карабаха Москва последовательно выполняет роль медиатора, не принимающего чью-либо сторону. Несмотря на союзнические отношения с Арменией, Кремль неоднократно указывал и на стратегическое партнёрство с Азербайджаном.
Более того, российское руководство не может не замечать и откровенно русофобских настроений, царящих в Ереване и имеющих вполне конкретные последствия, вплоть до претензий к «дочке» РЖД, действующей на армянской территории. Не секрет, что Пашинян с приходом к власти привёл в руководство страны множество ярких прозападных фигур, которые связаны с США не только мировоззренчески, но и финансово — в том числе, через фонд Сороса. Армянские власти также не спешат пресекать антироссийские выступления (подобные тем, что были в прошлом году) и в целом сквозь пальцы смотрят на националистов, постоянно недовольных Москвой.
При этом Азербайджан остаётся стратегическим партнёром России, а также важным буфером в отношениях Москвы и Анкары. Подобная ситуация оставляет для армяно-азербайджанского конфликта лишь один выход — переговоры, от которых Ереван официально не отказывается, но и не форсирует их. Удачное контрнаступление ВС Азербайджана может вернуть Ереван за стол переговоров — с ужесточением борьбы с внутренней оппозицией Пашинян заметно уходил от любого диалога с Баку даже с участием посредников».
