Мир спасет не изоляция, а сотрудничество, и государства должны объединиться, чтобы подготовиться к новым сложностям «похуже коронавируса». Об этом израильский историк и автор бестселлера «21 урок для ХХI века» Юваль Харари заявил на мероприятии Synergy Online, которое состоялось 29 мая 2020 года. Forbes приводит его основные тезисы.
Читайте также: «Мы выживем, но все будет по-другому». Юваль Ной Харари — о том, как изменится мир после коронавируса
Нельзя сказать, как будет выглядеть мир через два или три года: это будет зависеть от выбора, который мы сделаем. Сейчас перед нами стоит два выбора: первый — между конкуренцией и сотрудничеством, второй — между авторитаризмом и демократией.
Страны могут соревноваться друг с другом, скрывать информацию, обвинять друг друга и поддерживать конспирологические теории. Тогда после пандемии мир будет жестоким и разобщенным. Или же государства могут объединиться: делиться информацией и вместе искать лекарство. В таком случае мир после пандемии коронавируса будет более сплоченным, счастливым и мирным, чем раньше.
Мы можем объединиться, а вирусы нет. Вирус в Китае не может дать вирусу в Европе совет о том, как лучше заражать людей, а вот китайский доктор может дать хороший совет своему коллеге на Западе. Мы будем гораздо сильнее вирусов, если станем сотрудничать на глобальном уровне.
Многие считают, что закрыть границы — это выход. Закрывать границы в середине эпидемии вполне естественно. Однако, как историк, я знаю, что это неправильное решение. В XIV веке, задолго до появления самолетов и кораблей, черная смерть пришла из Китая и убила половину населения Европы. Нас спасет не изоляция, а сотрудничество.
Политика национализма — это не ненависть к другим государствам, а любовь к своим гражданам, проявить которую можно только сотрудничая с другими странами. В условиях эпидемии быть хорошим националистом — значит быть глобалистом.
Авторитаризм имеет одно большое преимущество — возможность быстро принимать решения в режиме чрезвычайной ситуации. В условиях авторитаризма один человек принимает решения, ни с кем не советуясь.
Однако авторитарный режим перекрывает свободный поток информации. Власть прячет важную информацию от народа. Локальные власти в Ухане не рассказывали плохие новости, потому что боялись реакции верховной власти. В условиях демократического режима такое менее вероятно.
Сильный лидер может просто отказаться признавать свои ошибки. Вместо того, чтобы их исправить, система перекладывает вину на кого-то другого.
В условиях пандемии необходима свободная пресса, которая будет информировать общество.
Хорошо проинформированное об опасности общество гораздо более продуктивно. Допустим, нам нужно заставить население мыть руки с мылом. Есть два варианта. Можно поставить камеру и полицейского в каждом туалете и наказывать всех, кто не помыл руки. С другой стороны, можно рассказать людям, что дезинфекция рук убивает вирус, и довериться гражданам. Это более эффективный способ.
То, как будет выглядеть мир после пандемии, зависит от решений, которые мы примем. Это моя главная мысль.
Вместо того, чтобы обвинять во всем иностранных врагов, игнорировать эпидемию, разобщаться и верить в конспирологические теории, мы должны делиться друг с другом информацией, медицинскими ресурсами или деньгами.
Действуя сообща, мы победим кризис и построим лучший мир, который будет готов к новым сложностям. В ХХI веке нас ждут вещи и похуже коронавируса: другие эпидемии и глобальное изменение климата.
Люди сталкивались и с более страшными эпидемиями: например, с эпидемией ВИЧ. Тем не менее, мы не меняли свою модель поведения.
Уже давно существует идея о ежемесячных выплатах гражданам ни за что, просто так. Пандемия предоставила случай провести подобный социальный эксперимент. Причем это сделали Дональд Трамп и республиканцы. Станет это частью социальной системы или нет — я не знаю. Однако мы хотя бы увидели, как это работает.
Сейчас мы сильны, как никогда в истории. Люди сравнивают эту эпидемию с другими: например, с эпидемией черной смерти. Но мы живем не в средних веках, и, скооперировавшись, легко победим эпидемию и экономический кризис.
