На протяжении последнего десятилетия угроза со стороны России становилось все больше в глазах внешнеполитических экспертов и чиновников США.
Но этот страх стал особенно большим после того, как российское правительство вмешалось в американские президентские выборы. «Это не единственная попытка. Они делают это прямо сейчас, пока мы здесь сидим», — сказал в Конгрессе бывший специальный прокурор Роберт Мюллер, который расследовал российское дело.
«Мы сейчас делаем такие масштабные вещи, которые не могли себе и представить еще несколько лет назад», — сказал New York Times неназванный американский разведчик, рассказывая об усиленных атаках США против российских электросетей в ответ на хакерские атаки Москвы и кампании по дезинформации. Но что если наибольшая угроза для России – это не США и не любая другая страна, а сама Россия?
Об этом на страницах Politico пишет профессор по международной безопасности Национального университета обороны США Питер Ельцов, передает «Униан».
Если оценивать то, как президент Владимир Путин оккупировал территории бывших советских республик, устроил кибератаки против иностранной инфраструктуры и перечеркнул внутренние демократические предохранители за последнее десятилетие, может сложиться впечатление, что Россия очень мощная.
Но на самом деле современное российское государство гораздо слабее, чем была империя Романовых, существовавшая с 1613 до 1917 года, или СССР.
«Самая большая проблема России имеет внутренний характер. Это большая евразийская страна, которая не смогла создать национальную идентичность, охватывающую все население. Миллионы граждан РФ не очень лояльны к своему государству. И как только Москва ослабит свой контроль над местными выборами, что, вероятно, произойдет после президентства Путина, эти группы начнут добиваться независимости. Как антрополог, историк и политолог, проведший много времени в Евразии, я думаю, что это бомба сепаратизма замедленного действия, которую Путин так боится и которая взорвется через 10, 20 или максимум 30 лет», — утверждает автор.
По его мнению, существует три большие причины, почему Российскую Федерацию ждет распад. Первая и важнейшая из них – это то, что сепаратистские импульсы в стране очень мощные.
Для примера автор приводит Татарстан и Башкортостан – две этнически автономные республики в центре России. Эти республики имеют мощные националистические организации: «Азалтик» («Союз татарской молодежи») и башкирский «Кук Буре» (Небесные волки).
Они призывают к единству тюркоязычных народов в регионе. Обе организации проводят траур в годовщины ограбления Казани войском Ивана Грозного, которое произошло в 1552 году и на пять столетий закрепило у обоих народов чувство глубокой потери. Как показали войны в Чечне в 1990-х годах и в начале 2000-х, сепаратистские движения в России могут быть кровавыми и продолжительными. И они не только этнические.
К примеру, этнические русские, которые живут в богатых ресурсамы регионах в Сибири, на Урале и Дальнем Востоке, несколько раз пытались провозгласить независимость от РФ. После смены режима Путина единство страны может уступить этим сепаратистским идеям. Можно много рассуждать о том, кто же станет следующим правителем.
Но скорее всего Путин сам выберет его в конце своего срока. И не известно, сможет ли преемник держать мертвую хватку на горле различных групп и регионов. Без системы проверок и балансов или любых сильных институтов в стране, такая хватка может оказаться остро необходимой, чтобы сохранить целостность.
Заместитель главы администрации Кремля Вячеслав Володин как-то сказал: «Пока есть Путин, будет и Россия. А без него Россия не существует». Вероятно, он был прав. Читайте также American Interest: Запад должен помочь Украине, чтобы спасти Россию Вторая причина – сегодняшняя государственная идеология не имеет такой же силы, как все предыдущие.
Серый кардинал Кремля и давний соратник Путина Владислав Сурков сказал, что Россия вступила в новую историческую эру: «Долговременного государства Путина». По его словам, это глобальная идеология, которая многое взяла у сторонников марксизма. На самом же деле «путинизм» — это гремучая смесь из евразийства и того, что российский праворадикал Александр Дугин называет «четвертой политической теорией».
Евразийство – это интеллектуальная школа, которая возникла в 1920-х годах среди российских антикоммунистических эмигрантов. Она провозглашала особую и мессианскую роль России как цивилизации, которая существует на собственных условиях, не будучи ни частью Востока, ни Запада. Четвертая политическая теория – это сочетание «лучшего» из фашизма и коммунизма в новом крестовом походе против либерализма. Дугин предлагает удалить атеизм из коммунистической идеологии и расизм из фашистской, но при этом сохранить их общую миссию.
Несмотря на то, какой ужасной выглядит эта российская идеология, она не ровня царизму или марксизму-ленинизму, которые ранее доминировали в России. Святость царя веками держала российский народ в единстве. Идеи марксизма-ленинизма о равенстве и распределении богатства были весьма привлекательными для многих стран в пост-колониальную эру.
В наши времена региональный национализм, основанный на популистской повестке дня, представляет большую угрозу для либерализма, чем новый российский авторитаризм или «путинизм».
Последняя причина заключается в том, что нынешние интеллектуальные и экономические условия в России очень бедные по сравнению с теми, которые существовали времена Российской империи или СССР.
Под царским режимом европейцы приезжали в Россию практиковать, преподавать в университетах, проводить исследования и открывать бизнес. Советское правительство после всех чисток и зверств создало относительно комфортную жизнь для определенной прослойки самых важных ученых, которые могли хорошо жить при условии лояльности к режиму.
Сегодня высшее образование и наука в России в катастрофически бедном состоянии. Экономика до сих пор основана на продаже ресурсов и ничто не указывает на ее модернизацию. Наиболее красноречивый факт в том, что дети российской элиты учатся и живут на Западе, а не в России. Мир должен готовиться к распаду России.
Лучшая политика, которую США и их ближайшие союзники должны выбрать – это сочетание стратегического терпения и сдерживания с сильным акцентом на терпении.
