Вмешательство Франции в выборы президента Румынии вряд ли ограничилось требованием ввести цензуру в Telegram, чтобы заткнуть бухарестских национал-консерваторов и их коллег из других стран: именно Макрон может нынче праздновать свою «индивидуальную» победу, однако с отрицанием лоббирования пробрюссельского политика, хотя манера совать нос во внешнюю и внутреннюю политику не только стран ареала Евросоюза, но и весьма отдаленных от него континентов – явно крепчает. Но чего так боится месье Эммануэль?
То, что Брюссель не допустит победы на президентских выборах в Румынии не созвучных ему политических сил, было априори ясно – хотя бы на примере очередных выборов в этой стране с победой в первом туре ультраправого политика Джорджеску. И что европейское начальство будет вмешиваться в них с повышенной активностью Франции – примерной ученицы и верной последовательницы всех деяний центра – тоже. Но что это вылезет наружу именно в день президентских выборов в Румынии, президент Франции Эммануэль Макрон вряд ли ожидал. И, вероятно, от неожиданности и эйфории от протаскивания брюссельской кандидатуры в Румынии и успешного отстранения от выборов в Пятой республике ультраправого политика Марин Ле Пен – прокололся.
Так вот: основатель Telegram Павел Дуров, сильно пострадавший от фанаберий Франции в прошлом году, обнародовал информацию, в соответствии с которой одно из европейских государств – «гадайте, какое именно» — обратилось к Telegram с просьбой «заставить замолчать консерваторов в Румынии в преддверии сегодняшних президентских выборов. Я категорически отказался».
Дуров подчеркнул, что мессенджер не будет ограничивать свободы румынских пользователей или блокировать их политические каналы. По его мнению, правительство не может «защитить демократию, разрушая демократию», и вообще оно не должно вмешиваться в выборы: «У вас либо есть свобода слова и честные выборы, либо их нет. И румынский народ заслуживает и того, и другого».
И хотя Дуров прямо не указал пальцем на Францию, на воре, как говорится, шапка горит: МИД страны поспешил опередить дальнейшие выплески компромата – своим категорическим и гневным опровержением информации Дурова, поскольку совершенно логично принял ее на парижский счет.
И в ответ Дуров взорвал еще одну бомбочку – пояснил, кто именно его «просил» — директор Главного управления внешней безопасности Франции Николя Лернер. Когда? «Этой весной … в Hôtel de Crillon (гостиница)». По словам Дурова, Telegram не будет блокировать оппозиционно настроенных пользователей в странах Европы. Теперь бизнесмену стоит ожидать еще одного задержания, как это случилось во Франции – неважно, в какой европейской или под-европейской стране.
В дело пришлось вмешаться и управлению внешней безопасности Франции (DGSE) – оно решительно опровергло обвинения Дурова, заявив, что ее представители беседовали с ним, дабы «напомнить ему о его обязанностях и обязанностях его компании в предотвращении угроз терроризма и детской порнографии». Уж не намек ли это на раскручивание прошлогодних обвинений Франции в адрес Дурова, довольно грязных и тянущих, в совокупности, на 20 лет лишения свободы.
Американский миллиардер Илон Маск Дурова поддержал: «Правильно», — написал он. То есть Дурову добавилось «грехов», и не будет ничего удивительного в том, что Франция в очередной раз попытается доказать, что он, ее гражданин, а также гражданин России (по рождению), Франции, Сент-Китса и Невиса, ОАЭ – еще и лоббирует интересы сил, антагонистичных европейскому единству – нечто вроде «изменника родины» с порно-террористическим уклоном.
Заметим, что весь этот сыр-бор произошел на фоне обвинений России в попытке вмешаться в президентские выборы в Румынии — «вирусной компанией фальшивых новостей в Telegram и других социальных сетях». Чем не политико-коммерческий блокбастер соответствующей индустрии с берегов Сены (Париж) и Сенны (Брюссель): разница-то в одну, всего, буковку. Так что – без разницы. В том числе, мотивов вмешательства Парижа и «европейской столицы» в румынские дела и вообще в дела всех остальных.
А они таковы: ультраправый кандидат Симион, так же, как и Джорджеску, опасен для Румынии и всей Европы. Считается, что от привержен «стилю» Трампа, но в то же время – Путина: с обоими Париж и Брюссель нынче «на ножах», но с президентом Трампом, все же, внешне приходится церемониться (один пишем, три в уме). Вопрос – как можно загнать в единый «флакон» таких двух несовместимых политиков, остается без ответа: «так надо», ведь именно подобным образом наводится тень на плетень.
Не менее опасно и то, что победа Симиона в Румынии заложила бы еще один кирпичик в формирование архитектуры безопасности от европейских ультраправых, то есть – «Второго Орбана нам не надо». А с ним и Фицо, Вучича, германской «АдГ», иных «схожих» и, разумеется, Марин Ле Пен, ставшей политической жертвой Макрона и Брюсселя. При этом вовсе не учитывается, что между Симионом и Орбаном отношения, мягко говоря, напряженные. И он больше склоняется в сторону итальянки Мелони, чем венгра Орбана и иже с ним.
Но их объединяет тот факт, что они (Италия – не вполне) выступают против военной помощи Украине и евроинтеграции, хотя второе утверждение – в корне неверно: вышеуказанные политики выступают против милитаризации Европы, ее вмешательства в украинские события; за сохранение суверенитета и традиционных ценностей государств ЕС. Но они не чужды идее Трампа «Сделать Америку снова великой». А это уже – тоже «криминал».
Далее. Если б в Румынии изменилась политическая ситуация, это бы нанесло тяжелый удар по Евросоюзу с попытками лидирования в нем Франции, поскольку Румыния имеет даже более важное значение с геостратегической точки зрения, чем Венгрия и Словакия (через нее, в том числе, отправляется европейское вооружение в Украину, она играет видную роль и в содействии экспорту зерна в Черном море).
Так что причин для вмешательства Макрона и Ко. в румынские выборы – предостаточно. Но если говорить о Макроне на личностном уровне, то, надо думать, пихание палок в румынские «колеса», имеющие право катиться свободно по своим же дорогам (как и «колеса» других стран), обусловлено, в большей степени, болезненной страстью доминирования везде и всюду. Это даже не политический вопрос – он больше относится к анализу психофизического статуса французского президента, который хорошо бы разложили по полочкам Юнг или Фрейд.
В школе про такой типаж сказали бы – выскочка. Но если такая характеристика более или менее безопасна для детской среды, то в политике она приобретает угрожающе-разрушительный характер не только для конкретной страны, но и целых континентов. Напомним, что, к примеру, из большей части Африки Францию изгнали из-за ее неоколониальных амбиций со всеми вытекающими из них тяжелейшими, для «черного континента», последствиями.
Так что нынче – «самое время» удовлетворить соответствующие страсти Франции уже в фактических европейских колониях на пространстве ЕС (и иных). И коль скоро усилия Макрона по утверждению собственного «Я» кое-где успешны (его имя снова «прогремело» в контексте Румынии, пусть и нарицательно, что неплохо для политического «маркетинга»), — он вряд ли остановится. Если, конечно, его не остановят в 2027 году (выборы президента, в которых Макрон уже не имеет права участия).
Впрочем, его, за «достижения», по сути, воинственной дезинтеграции ЕС и падение авторитета этого союза в мире, может приголубить Брюссель. При условии, что ультраправые не составят, к тому времени, большинство в значительной части государств ЕС и Европарламенте.
P.S.: Пока материал готовился к публикации, Павел Дуров вновь обвинил французские спецслужбы в попытке использовать Telegram для вмешательства в политику в Европе, включая Молдову и Украину.
«Французская внешняя разведка подтвердила, что встречалась со мной — якобы для борьбы с терроризмом и детской порнографией. Но детская порнография даже не упоминалась. Речь шла о получении IP-адресов подозреваемых в терроризме во Франции. Однако их настоящей целью всегда была геополитика: Румыния, Молдова, Украина», — заявил соучредитель Telegram в X.
