Что сейчас происходит в Армении? Почему множатся внешние и внутренние противоречия и скандалы? Происходили ли какие-то положительные изменения в республике до всеобщего коронавирусного кризиса? Или все многочисленные обещания и огромные планы пришедшего к власти на революционной волне премьер-министра Никола Пашиняна провалились? Считают ли люди его популистом или еще на что-то надеются? На что и почему? Обо всем этом и многом другом в прямом эфире видеостудии Pravda. Ru рассказал директор армянского филиала Института стран СНГ Александр Маркаров.
Планы Пашиняна провалились
— Александр, несмотря на то, что нынешняя армянская власть практически ничего к лучшему не поменяла, население не считает Никола Пашиняна популистом? Или простой армянский гражданин все-таки почувствовал (до коронавируса, конечно) какое-то улучшение в своей жизни?
— В зависимости от того, кого спросить и что считать популизмом. Вероятно, есть категория населения, которая могла почувствовать некоторое улучшение. Речь может идти о части малого и среднего бизнеса, которой предоставили большую свободу действия, хотя не понятно, кто кроме налогов их ограничивал до этого. Часть населения получила прибавки к зарплатам. Это может быть для кого-то существенным, для кого-то не очень значительным.
Но главный вопрос, скорее, заключается в том, как население видело перспективы экономическое и социальное развитие в целом и считает ли сейчас, что направление было верным и динамика развития достаточной.
По крайней мере, официальная статистика и социология, которые ранее предоставлялись, показывали, что большая часть населения считала, что общество движется в верном направлении. Понятно, что коронавирус и последовавшие за ним экономические изменения не могут не повлиять на экономическую и социальную ситуации в стране. И это может оказаться более важным, нежели то немногое позитивное, что было до коронавируса.
Для крупного бизнеса проблемы сохраняются. Речь шла об увеличении инвестиций, возможностях увеличения экспорта и о развитии в целом. Но ситуация не изменилась. Теперь же вопрос, скорее, стоит в сохранении имеющихся позиций, поскольку крупных инвестиций в условиях неопределенности, связанных с конфликтом и с непонятным функционированием судебной власти, быть не может.
Поэтому даже стабильность только снится. Естественно, это — не та ситуация, которую хочет видеть бизнес. Соответственно, при отсутствии хотя бы какой-то стабильности и определенности говорить о существенном экономическом развитии сложно, а народ к этому стремился. Опять же вдруг откуда не возьмись появился коронавирус, и летучая мышь накрыла своими крыльями даже вероятные перспективы.
— Одним из его предвыборных обещаний было привлечь инвестиции от армянской диаспоры. Не сильно раскошелилась диаспора.
— Так вот об этом и речь, что эти инвестиции пошли только частично. В том объеме, в котором ожидалось, их и близко не было. Были проекты, начатые еще до 2018 года, которые завершились и привели к открытию каких-либо новых рабочих мест. Об этом говорится постоянно как о большом достижении. Но на самом деле многие из них просто были выведены из тени.
Ожидания, что диаспора проснется, повернется лицом к Армении, и миллионы долларов потекут в третью республику, не оправдались. Ничего подобного не случилось. Большого ропота по этому поводу нет. Просто бизнесмен — все-таки человек рациональный, поэтому ждет завершения процесса, ведь на переправе коней не меняют.
Вот как раз переправу надо все-таки перейти. После того, как вы переплыли реку, уже можно рассчитывать на то, что процесс будет долгосрочным. А в процессе переправы даже определенности, доплывете ли вы до противоположного берега, еще нет.
Разочарование людей растет
— Получается, что армяне еще не сильно разочаровались в Пашиняне, надежда еще остается. Есть ли у правительства какие-то конкретные планы, ориентиры, дорожные карты?
— Да, были «100 дней» и «500 дней», как он говорил. То есть — даже конкретные сроки были обозначены. Но они уже прошли. Поэтому количество людей, которые разочаровываются, растет, и по всей вероятности, со временем будет увеличиваться, если и дальше не будет результата. Можно говорить о планах громадьё в течение какого-то времени, но если это будет оставаться лишь громкие фразы, которые сотрясают только воздух, а конкретных результатов не будет, то возникает разочарование.
А при наличии разочарования, понятно, будут искать нового спасителя для того, чтобы выйти из той ситуации, в которой оказываются. Реальных планов, которые способны обеспечить увеличение ВВП в ближайшее время, нет и в такой ситуации быть не может. Соответственно, увеличивается вероятность того, что разочарование будет расти.
На Пашиняна очень многие люди возлагали большие надежды. Если ничего существенного сделать ему не удастся, то возможно, что наступит уже не разочарование, а у людей будет уже просто-напросто отсутствие вообще хоть какого-то интереса к политической или какой-либо иной жизни.
Всем будет уже все равно, что происходит. А это — самое страшное.
