Экономист, исполнительный секретарь гражданского движения «Республиканская альтернатива» (ReAl) Натиг Джафарлы в интервью Minval.Az рассказал о том, что принесет строительство TANAP Азербайджану, почему Турция решила продать акции в проекте TANAP, а также назвал время, когда запасы у Азербайджана кончатся. Представляем вашему вниманию интервью:
– Господин Джафарлы, здравствуйте. В случае выгодного коммерческого предложения Турция может продать акции в проекте TANAP. Об этом сказал министр энергетики и природных ресурсов страны Танер Йылдыз. Заявление, пожалуй, неожиданное. Как считаете, почему Анкара изменила свою позицию?
– Добрый день. В принципе, если какие-либо большие компании при реализации таких масштабных проектов как TANAP, TAP, продают свою долю, приобретенную по низкой цене, в два – три раза дороже, то это считается удачным шагом. Однако в последнее время мы часто слышали о том, что TANAP для Турции является стратегическим проектом, что эта страна намерена превратиться в ближайшие годы в мощный газовый хаб и поставлять в Европу азербайджанский, иранский, иракский, российский газ. С этой точки зрения заявление министра энергетики Турции о том, что Анкара готова рассмотреть предложение по продаже своей доли в вышеназванном проекте, не совсем ясно. Я всегда говорил, что Трансанатолийский трубопровод может стать либо нерентабельным проектом, либо же его рентабельность затянется на долгие годы. И скорее всего, Анкара это осознает, хочет застраховать свои вложения, потому что Турция, будучи важной транзитной страной, все равно будет получать большую и регулярную прибыль. Поэтому, думаю, для оптимизации своих расходов Турция уже рассматривает новые варианты. Это следовало бы сделать и Азербайджану. Как известно, 58% доли в проекте принадлежит нашей стране и, соответственно, 58% финансирования приходится на нашу долю. Общая стоимость проекта оценивается в 11-12 млрд. долларов, фактически нашей стране придется вложить в проект около 7 млрд. долларов.
Да, эти проекты важны для Азербайджана, Турции, Европы. Но те объемы газа, которые будут прокачивать по этим трубопроводам, не столь значимы для Европы, это 10 млрд. кубометров. Примечательно, что Европа также не проявляет особого интереса, поддерживая идею реализации проекта лишь дежурными заявлениями. Ни одна европейская большая компания или страна не заинтересована в финансировании проекта. На Западе прекрасно понимают, что эти объемы газа не столь существенно повлияют на газовый рынок Европы, поэтому европейцы больше заинтересованы сейчас выходом Ирана на мировой энергетический рынок. После достижения соглашений между Ираном и «шестеркой», по правде говоря, значение Трансанатолийского трубопровода, да и вообще азербайджанских энергоресурсов, значительно упала в глазах у европейцев.
– Как считаете, кому Турция продаст свою долю в газапроводе?
— Может быть, Россия захочет приобрести долю в газопроводе, чтобы заполучить еще один рычаг влияния на Европу. Азербайджанская сторона должна учитывать это, надо серьезно поговорить с турецкими партнерами на эту тему. Если Россия купит долю в проекте, – а в будущем попросит у Азербайджана часть нашей доли, то может превратиться в главного ключевого игрока в проекте. Кроме России этим проектом может заинтересоваться Иран, потому что иранский газ уже доставляется в Турцию. Есть трубопровод между Ираном и Турцией, объем поставляемого газа равен 20 кубометрам. После определенных реконструкционных работ объемы могут вырасти до 32 млрд. кубометров газа в год. То есть трубопровод уже имеется, а в будущем его можно соединить с TANAP. В закупке турецкой доли могут быть заинтересованы и другие американские, европейские компании. Сейчас, главным образом, необходимо наблюдать за шагами России, реагировать на них быстро, адекватно. Если Россия заполучит контроль над трубопроводом, то никакого смысла проект не будет иметь для Европы и Азербайджана в будущем.
– Министр энергетики Натиг Алиев, цитирую, сказал: “Мы не испытываем кризиса, потому что расходы на добычу азербайджанской нефти небольшие. Но в целом наши доходы сократились. От продажи нефти мы получали примерно $20 млрд в год. После падения цен наши годовые доходы сократились на $5-6 млрд”. Как вы прокомментируете заявление министра?
– Данное заявление министра является нелогичным, потому что, с одной стороны, он говорит о том, что падение цен на нефть не влияет на нас, а с другой – подтверждает, что страна потеряла 5-6 млрд. долларов. Хотя, я думаю, финансовых потерь станет еще больше. В январе средняя цена азербайджанской нефти составила 49 долларов, еще неизвестно, как подействует на нефтяной рынок снятие санкций с Ирана. 6 млрд. долларов – это почти одна треть нашего бюджета. Если цены на «черное золото» останутся на нынешнем уровне, то в 2016 году правительство ощутит острые проблемы при формировании бюджета. Придется делать выбор: или существенно сократить расходы, или же окончательно истратить все средства из Нефтяного Фонда, который якобы должен был стать подушкой безопасности на случай кризиса и предназначен для будущих поколений. Мы уже «съедаем» часть резервов Фонда, которые должны были сохраниться для будущих поколений. Через пару лет, а точнее уже к 2016 году, в Нефтяном Фонде, в наших золотовалютных резервах ничего не останется. Отрицать это очень глупо, надо признавать имеющиеся проблемы. Надо готовить антикризисные меры. А пока что мы не видим серьезных шагов правительства в данном направлении и это сильно пугает. Проблемы испытывают Россия, Казахстан, но правительства этих стран подготовили сразу несколько антикризисных программ, которые обсуждаются экспертами, обществом. Нашим властям кажется, что проблемы исчезнут, если они будут их отрицать.
Параллельно с этим стремительно уменьшаются и запасы Центробанка. При этом искусственное поддержание курса маната будет продолжено до конца года. После девальвации, в марте, Центробанк потратил около 600 млн. долларов на поддержание курса национальной валюты. А надо учитывать, что в марте было всего 14 рабочих дней. Разумеется, если бы их было больше, то Центробанку пришлось бы потратить гораздо больше средств. Если такая тенденция будет продолжительной, цены на нефть будут низкими, то до конца года резервы Центробанка сильно упадут, около 50% запасов уйдет только на сохранение курса маната. Что касается же Нефтяного Фонда, то помимо бюджетных расходов, у Фонда имеются растущие обязательства по реализации больших проектов – того же Трансанатолийского трубопровода, на строительство которого было выделено около миллиарда долларов, а в следующем году – более 3 млрд. долларов. Помимо этого, имеются не бюджетные проекты, которые финансируются напрямую из Фонда: это железнодорожный проект Карс – Ахалкалаки – Баку, проект обучения азербайджанских студентов за рубежом, проекты по улучшению жизненного благополучия беженцев. Учитывая все это, можно сделать единственный вывод: если цена на нефть в ближайшие год-полтора будет на уровне 50-55 долларов за баррель, то деньги кончатся окончательно к началу 2017 года. Надо действовать исходя из этой опасности.
– И тогда возникнут политические проблемы, да?
– Естественно. При ухудшении экономической ситуации, нарастет и политическое недовольство. Со временем возникнет политический кризис. Поэтому, думаю, властям стоит обеспокоиться, подготовить антикризисные меры.
– В завершении хотел бы спросить вас о том, что принесет строительство TANAP Азербайджану?
– Если до 2020 года Азербайджан не продаст часть своей доли в этом проекте, то стране придется потратить 7 млрд. долларов на него. Помимо этого, Азербайджан имеет обязательства и долю финансирования в газовом проекте «Шах Дениз –2», это около 20 % доли, 3-4 млрд. долларов. Кроме того, 20 процентная доля имеется в строительстве трубопровода TAP, соответственно, придется дать 2 млрд. долларов. В ближайшие пять лет только внебюджетные расходы страны составят больше 11-12 млрд.
К 2020 году мы собираемся продавать Турции около 6 млрд. кубометров газа, а Европе – около 10 млрд. кубометров. Цены на газ сегодня сильно зависят от цен на нефть и они уменьшились в два раза за последние три года. Теперь Россия вынуждена продавать свой газ Европе по цене 260 долларов, а не 400, как это было пару лет назад. Эксперты прогнозируют, что к 2020 году средняя цена за кубометр газа будет равна 200 долларов. Учитывая все это, от проданных 16 млрд. кубометров газа мы заработаем примерно 3,5 млрд.долларов. Есть себестоимость добычи газа, транзитные расходы, надо будет еще разделить прибыль между компаниями. Азербайджан, в лучшем случае, будет получать 1,5 млрд. долларов в год, а потратит около 12 млрд. до 2020 года. То есть придется ждать 10 лет, чтобы окупить свои вложения, а только потом страна станет получать реальную прибыль. Сам проект важен, но учитывая конъектуру рынка, которая стремительно меняется, власти должны оптимизировать расходы государства и задуматься о будущем. А в ближайшие 10 лет мы не будем иметь никакой прибыли от этих проектов.
Эмиль Мустафаев
