Конец любого года – время для подведения итогов. Экономисты, политологи и политические аналитики еще раз пересматривают самые важные моменты в жизни государства и общества и заодно пытаются выяснить для себя, насколько прошедший год оправдал их политические или же экономические ожидания.

Начало же каждого года – это в первую очередь, время для прогнозов. В этом контексте и наступивший 2018 год не является исключением.

Что касается непосредственно предметов прогнозирования, вопросов тут предостаточно. Одних интересуют сугубо экономические и социальные проблемы, например, устойчивость курса национальной валюты или же повышение минимальной заработной платы и пенсий. Кто–то выжидает наступления политической оттепели…

Но есть один вопрос, который всем интересен: к каким бы социальным или региональным категориям мы не относились, все равно всех нас интересует карабахская тематика.

Поэтому и мы тут попытаемся ответить на один вопрос: будут ли в этом году позитивные сдвиги в карабахской проблеме? Следует ли ожидать существенных перемен в разрешении этого затянувшегося конфликта, и в какой плоскости они наиболее вероятны?

Сперва отметим, что этот год, в буквальном смысле, обещает быть «электоральным парадом», т.к. в России, Азербайджане и Армении пройдут президентские выборы.

Конечно, не стоит сильно преувеличивать степень неопределенностей в этих выборах и, если исключить крайне маловероятные форс-мажорные ситуации, все эти выборы пройдут в тихой и предсказуемой обстановке.

Но в Армении все-таки возможны т.н. «внесистемные» процессы, т.к. страной правят отдельные военно-политические группировки, и противоречия или же противостояние между ними могут привести к непредсказуемым, даже к неуправляемым процессам.

Этот год для Армении «знаменателен» еще с тем, что страна намерена изменить свой конституционный строй и перейти на парламентскую форму правления, в которой доминирующей фигурой станет премьер-министр.

Поэтому уже начиная с прошлого года политические аналитики пытаются выяснить планы президента С.Саргсяна. Приближенные к нему официальные лица не раз заявляли, что якобы у армянского президента нет никаких планов на этот счет, т.к. Саргсян, как лидер правящей партии, в любом случае, будет иметь достаточно влияния на политические процессы в стране.

Но с самого начала этим заявлениям никто не верит, потому что сам армянский президент ни разу не пытался комментировать подобные вопросы. Кроме того, до сих пор не понятны мотивы или причины перехода Армении на парламентскую форму правления.

Неужели для среднестатистического Мкртча или же Ашота, абсолютно не разбиравшихся в тонкостях конституционного права, в теории и практике демократии, данный вопрос имеет жизненно важное значение?

Разве не правильно было бы с самого начала все это приписать в «активы» президента С.Саргсяна, который после истечении своего второго президентского срока решил продлить свою власть в чуть иной плоскости – уже в качестве премьер-министра?

Признаться, на месте С.Саргсяна любой политик поступил бы также – ведь не стать политическим долгожителем в такой стране, как сегодняшняя Армения, попросту говоря, грех.

Да, возможно, какие-то «мелкомасштабные волнения» будут, оппозиция попытается как-то выразить свое несогласие, маршируя по «проспекту» Баграмяна. Но если Саргсяну удастся согласовать вопрос с Кремлем и военно-политическими группировками внутри страны, тогда насчет «народного гнева» беспокоиться не стоит – армянский народ давно уже отстранен от политики и больше всего заботится о собственных социальных и бытовых проблемах, чем о «насущных проблемах» большой политики…

С Кремлем у Саргсяна особых проблем нет, т.к. он никогда не переступал дозволенные границы. Некоторые аналитики в этом контексте напоминают договор между Арменией и ЕС. Но в этом договоре даже знаки препинания были согласованы с Москвой!

Поэтому у Кремля, как минимум, пока нет веских аргументов, чтобы заменить Сержика кем-то другим. Напомним, что в свое время и у М.Саакашвили были подобные планы, и он также после президентства намеревался стать премьер-министром Грузии, даже для этого провел ряд конституционных реформ.

Но у М.Саакашвили в лице Кремля была очень серьезная «оппозиция» — именно она помешала ему осуществить задуманный план. Но еще раз заметим, что у С.Саргсяна подобной проблемы нет – Кремль, как говорится, благосклонно относится к нему и по всей видимости, еще не намерен мешать его планам.

Но в Армении есть криминальный военно-политический карабахский клан, который является вторым важным вектором, определяющим политическую архитектуру страны. И если исходить с этой точки зрения, Саргсяну следует искать общий язык, в первую очередь, с ними.

По сообщениям различных СМИ, С.Саргсян теперь именно этим и занимается. В марте этого года страна уже должна переходить на парламентскую форму правления. Но вопрос о власти в Армении, в лучшем случае, полностью решится к началу лета – и то, в лучшем случае…

Поэтому нам кажется, что наступивший год в карабахской проблематике не обещает не только заметных перемен, даже активных дипломатических усилий, скорее всего, это будет, как говорится, очередным «мертвым сезоном» в затянувшемся конфликте.

Безусловно, Азербайджан продолжит свои усилия в рамках региональных форматов, т.к. в отличие от Еревана, в ветреном Баку политическая погода, как никогда, спокойная и предсказуемая и когда речь идет об Азербайджане, у дипломатов или же политиков не возникают такие вопросы — как, с кем же нам договариваться? В Баку всегда есть, с кем договориться и обсудить самые сложные вопросы…

Но «карабахский узел» является многосторонним, в его разрешение привлечены различные политические векторы, поэтому односторонние усилия Баку не в состоянии существенным образом изменить настоящую картину конфликта.

Хотя и тут до сих пор имеются еще неиспользованные потенциальные дипломатические ресурсы. Например, нам следует еще активнее и серьезнее работать с Тегераном и Тбилиси. С их помощью можем заметно увеличить давление на Армению, даже добиться ее фактической географической изоляции.

К сожалению, эти попытки, особенно, диалог с Ираном, в этом контексте пока что не дают желанных результатов. И Грузия часто проявляет, мягко говоря, неискренность, хотя даже существование этой маленькой страны, как минимум, на 50 процентов зависит от Азербайджана.

Вдобавок, территориальные притязании Армении не ограничиваются Турцией и Азербайджаном. Ереван предъявляет подобные требования и к Грузии. Но видимо, даже в Грузии есть политики, которые находятся в плену религиозных предрассудков.

Но все это, как говорится, не должно стать помехой для нас. Мы должны продолжить свои усилия. В этом контексте слухи о создании «тюркского НАТО» и даже о размещении военной базы Турции в Нахчыване также сами по себе интересны. В этом деле главное — динамика, напористость и уверенность в себе. Не зря же говорят: дорогу осилит идущий…

Гусейнбала Салимов

Minval.az.