И вновь рассчитывают на заступничество России

Страхи у каждого свои. Кто-то боится пауков, кто-то — змей, кто-то — мышей, кто-то в прямом смысле слова падает в обморок при виде крови, а на кого-то неизгладимое впечатление производит звук работающей стоматологической бормашины. Нередко такие страхи или, по-научному, фобии связаны с петыми трагическими событиями. Жаклин Кеннеди, вспоминают ее биографы, после убийства ее мужа, президента США Джона Ф. Кеннеди в Далласе, до смерти пугала любая оптика, будь то бинокли или фотоаппараты вездесущих препарации. И то, что она сама в молодости была журналисткой, от страха не излечивало.

Но одно дело — страхи на личном, так сказать, уровне. И совсем другое — фобии общенациональные, вроде тех, что существуют в сегодняшней Армении. Где местная политическая элита находится в нешуточном напряжении накануне встречи президентов Турции и России Реджепа Тайипа Эрдогана и Владимира Путина. И где, как об этом прямо заявил глава Турецкой Республики, будет обсуждаться и карабахский вопрос. Более того, Эрдоган очертил и позицию своей страны. Как подчеркнул президент Турции, нагорно-карабахская проблема – это такая же кровоточащая рана для Турции, как и для Азербайджана. «К сожалению, до тех пор, пока Армения не прекратит оккупацию азербайджанских территорий, решить этот вопрос будет невозможно. Оккупации должен быть незамедлительно положен конец на основе принципов территориальной целостности, суверенитета и международно-признанных границ Азербайджана. Наряду с захватнической политикой Армении, мы осуждаем ее провокации, мишенью которых в последнее время становится гражданское население. Подобные деяния никак не могут способствовать обеспечению мира в регионе. Считаем, что международное сообщество во главе с Минской группой ОБСЕ должно более активно работать по урегулированию нагорно-карабахской проблемы. Мы, как и во всех вопросах, и в этом вопросе будем находиться рядом с Азербайджаном», — сказал Реджеп Тайип Эрдоган. И это явно не то заявление, которое желали бы услышать в Армении.

Понятно, что столь жесткое заявление Эрдогана — само по себе плохая новость для Армении. Особенно с учетом такой детали: прозвучало оно через несколько недель после того, как в Армении в очередной раз вспомнили об армяно-турецких переговорах и «цюрихских протоколах».

Впрочем, для того, чтобы понять, что именно произошло (и чего не произошло) в Цюрихе, необходимо не просто совершить экскурс в историю, но еще и учитывать, скажем так, особенности ереванского восприятия действительности.

Московские игры…

В 1991 году, сразу же после распада СССР, Турция признала все его республики в их постсоветских границах в качестве независимых государств. И тут же выразила обеспокоенность, что Армения, где на гербе по-прежнему изображали расположенный в Турции Агры-Даг, предъявит Турции претензии на шесть восточноанатолийских вилайетов. В Армении открыто предъявить претензии Турции с ее второй по мощи армии в Европе не рискнули, но вот о признании границ тоже заявлять не торопились. И самое главное продолжали верить обещаниям, которые эмиссары Антанты раздавали армянским политическим дельцам накануне первой мировой войны. В Турции заявляли, что откроют границу с Арменией и установят с ней дипломатические отношения только после того, как Армении выведет свои войска из оккупированных азербайджанских земель, в Армении же придерживались двух позиций одновременно. На внешний арене ее представители рассуждали о «переговорах без предусловий, внутри страны вход шли лозунги вплоть до «Никаких отношений с Турции, пока там не покажется за геноцид!».

Понятно, что такое положение дел не на шутку тревожило многих, включая Соединенные Штаты Америки. Несогласованные границы – это всегда опасность войны. А тут еще Армения входит в ОДКБ, Турция – В НАТО, а значит, случись вооруженный конфликт на этой самой несогласованной границе – и в него на основе своих союзнических обязательств должны вступать и Москва, и Вашингтон.

На этом фоне США избрали, как казалось многим, достаточно разумную стратегию. В Вашингтоне призвали Армению и Турцию решить свои проблемы за столом переговоров, нормализовать отношения, и пообещали, что Америка примет любой вариант урегулирования. В Анкаре по-прежнему настаивали на том, что для начала Армения должна прекратить оккупацию азербайджанских земель. Так продолжалось до 2008 года.

В августе 2008 года Россия совершает агрессию против Грузии. Российские СМИ на все лады вопили о «мирно спящем  Цхинвале», Путин, в те годы премьер-министр, обещал «повесить Саакашвили за одно место» и как школьника отчитывал занимавшего пост президента Медведева…но довести дело до логического завершения не удалось.

Августовская агрессия России против Грузии закончилась с промежуточным результатом. Санкций России тогда избежала, но вот и целей своих не достигла. В числе прочего, после этой войны была закрыта граница России и Грузии. В результате Армении оказалась отрезанной от своего главного союзника и заступника.

Уже после этих событий президент Армении Серж Саргсян и отправился в Москву – выторговывать у России межгосударственный кредит. Деньги ему вроде бы пообещали, но не дали. В ответ Серж Азатович решил прибегнуть к политической хитрости и продемонстрировать своим московским собеседником, что его страна может обидеться на Россию и даже — подумать только! — помириться с Турцией. На встрече с представителями армянской диаспоры Москвы президент Армении заявил, что настало время для переговоров с Турцией и нормализации отношений, так что он приглашает своего турецкого коллегу Абдуллу Гюля в Ереван на матч сборных команд Армении и Турции по футболу.

Сегодня уже понятно: Анкара тогда совершила ошибку. В Турции посчитали, что Серж Саргсян – действительно серьезный политик, что он отвечает за свои слова, и если заявил, что настало время для сближения с Турцией, это значит, что в Ереване готовы к реальному примирению и приняли определенные кардинальные решения. Тем более что в результате пятидневной войны России против Грузии Армения оказалась в изоляции, так что теперь для нее самое время искать пути для нормализации отношений с ближайшими соседями. Здесь не могли себе представить, что заявления Сержа Саргсяна адресованы исключительно Кремлю, и ему даже не могло прийти  в голову, что в Анкаре на них откликнутся. Но когда в Турции сделали шаг к диалогу, в Ереване не сомневались: во-первых, этот диалог должен идти исключительно на условиях Армении. А во-вторых, это не жест со стороны Турции – это наконец-то сработала тактика «выкручивания рук». Здесь по-прежнему были уверены, что все обещания, которые раздавали армянским политическим деятелям накануне первой мировой войны, еще можно реанимировать. В том, что никакого «выкручивания рук» просто не было, диалог пойдет не на ее условиях, а идти на уступки предстоит, прежде всего, Еревану, Армения не могла поверить в принципе.

…И цюрихское разочарование

Дальше события развивались по вполне предсказуемому сценарию. В Ереван Абдулла Гюль все-таки поехал. Затем Серж Саргсян прибыл в Бурсу – на ответный матч. Уже потом были встречи и переговоры в Цюрихе. Дипломаты, как и положено в подобных случаях, выбирали самые обтекаемые формулировки, которые устраивали обе стороны. В конце концов, протоколы были подписаны. Они предусматривали, в числе прочего, признание сложившихся в регионе границ и создание совместной комиссии ученых для оценки спорных исторических событий.

А затем выяснилось, что в Армении протоколы подписали, но выполнять их совершенно не считают обязательным. И что к реальному примирению с Турции в Ереване вовсе не готовы. Во всяком случае, Конституционный суд Армении постановил, что официальный Ереван, подписав Цюрихские протоколы, по-прежнему может добиваться признания во всем мире «геноцида армян» и требовать от Турции территориальных репараций. В ответ исполнительная власть Турции отозвала представленные на ратификацию в парламент Цюрихские протоколы.

И теперь, когда Цюрихские протоколы обернулись дипломатическим провалом, а в Анкаре прямо дают понять, что солидарны с Азербайджаном, для Еревана обещание Реджепа Тайипа Эрдогана поднять вопрос о Карабахе на переговорах с Владимиром Путиным – это уже серьезный повод для беспокойства. Как и вообще активизация Турции на Южном Кавказе и тем более в процессе карабахского урегулирования.

До последнего времени в Ереване были уверены: усиление Турции на Южном Кавказе не допустят Иран и, конечно же, Россия. Во всяком случае, директор Института востоковедения НАН РА, тюрколог Рубен Сафрастян уверен: несмотря на некоторое сближение в российско-турецких отношениях, тем не менее, нельзя забывать о том, что Турция является членом НАТО и к тому же интересы сторон в регионе противоречат друг другу. Следовательно, маловероятно, чтобы Россия пришла к согласию с Турцией по карабахскому вопросу. «Значение Армении для России очень большое в геополитическом аспекте, поскольку здесь находится ее военная база, поскольку она осталась единственным союзником на Южном Кавказе», — сказал он, отметив при этом, что учитывая именно это обстоятельство, нужно понимать, что у российско-турецкого сближения нет перспективы для еще большего углубления. «Россия не может допустить того, чтобы принимались решения по Карабаху без учета интересов Армении, поскольку если Армения ослабнет, ослабнет «Арцах», то Азербайджан станет сильнее, а в этом случае станет сильнее также Турция. Это уже не выгодно РФ. Между Россией и Турцией идет борьба за увеличение влияния на Южном Кавказе», — уверял Сафрастян. Но…

Ценный союзник или разменная монета?

Предвосхищать итоги еще не начавшихся переговоров — дело заведомо неблагодарное. Тем более что достоверной информации, что именно будут обсуждать Эрдоган и Путин, в том числе и на карабахском треке, нет. А вот поле для версий широчайшее.

Другое дело, что Москве и Анкаре есть что обсудить и за вычетом Карабаха. Эксперты навскидку называют множество тем: Сирия, закупка Турцией российских ЗРК С-400, газопровод «Турецкий поток», наконец, поставки турецкой продукции на российский рынок, в том числе и нашумевшие помидоры…Переговоры почти всегда несут на себе оттенок торга, но теперь предметов для такого торга ой как много.

Конечно, никто не объявит вслух о готовности обменять Карабах на помидоры, чартеры или еще что-нибудь в этом роде. Но в то же время нет сомнений: Карабах будет рассматриваться, по всей видимости, в общем комплексе повестки дня. Что уже опять — таки не позволяет исключать дипломатического торга.

А вот это уже для Армении – самый страшный кошмар. В самом деле, национальных фобий может быть превеликое множество. Но Армению до сих пор бросает в дрожь от одной мысли о сближении России и Турции. В Ереване так и не простили Москве заключенных в 1920-1921 годах Московского и Карсского договоров с Турцией, которые закрепили сегодняшнюю конфигурацию границы этой страны с СССР, а затем эту границу унаследовали Грузия, Армения и Азербайджан. А еще эти соглашения поставили жирный крест на планах по созданию на территории турецкой Восточной Анатолии «западной Армении».

И сегодня армянских политиков бросает в холодный пот от одной только мысли, что Москва, которая в двадцатые годы ради своих целей отказалась от Карса и Ардагана, сегодня может согласиться обменять Карабах на… А вот тут уже может быть превеликое множество вариантов, от границ «зон безопасности» в Сирии до условий прокладки «Турецкого потока». Расплатиться с Турцией армянскими интересами для Москвы проще, чем собственно российскими. А у Еревана с его вассальной зависимостью от РФ нет даже теоретических шансов такого развития событий противостоять.

«Державное величие» с армянским акцентом

Другое дело, какое решение на этом фоне примет Москва. Понятно, что с точки зрения коренных интересов России необходимо и скорейшее разрешение конфликта в Нагорном Карабахе, и сближение с Азербайджаном и Турцией, а не покровительство маленькой, бедной и агрессивной Армении. Но…на скорую победу здравого смысла в российской дипломатии не указывает сегодня по сути дела ничего. В России по-прежнему «встают с колен», пытаются при помощи военной силы принудить к «послушанию» Украину, ведут себя в соответствии с «идеологией осажденной крепости» и формируют «образ врага» в лице Европы и США. Косвенных признаков, что в Москве по-прежнему строят в отношении Турции агрессивные планы, сколько угодно. Самые яркие – и рост военного присутствия в Сирии, и аннексия Крыма, и репрессии против крымских татар, и, наконец, впечатляющее накачивание оружием Армении, своего форпоста у границ с Турцией. В конце концов, российскому «державному величию» всегда был свойственен этакий «армянский акцент» — со времен этак азовских походов Петра Первого и его же указа о расселении армян у южных границ Российской Империи. И теперь разговоры о «вставании с колен» сопровождаются новыми витками милитаризации Армении.

Теоретически Ереван такой поворот дел должен был бы успокоить и даже обрадовать: Россия не собирается жертвовать своим «форпостом», как пешкой на шахматной доске. Только вот не стоит забывать: Россия решает в регионе многое, но не все. Особенно с учетом не самой благоприятной для нее ситуации в мире вообще.

Возможно, конечно, что в этой ситуации общение с ереванскими делегатами проливает бальзам на душу и на уши представителей России: сегодня в мире осталось не так много стран, где по-прежнему видят в России силу, способную перекраивать границы, «наказывать» одни страны и осыпать благодеяниями другие, и где готовы перед ней всеми силами заискивать и добиваться расположения, а если и демонстрируют обиды, то только для того, чтобы «набить цену» в расчете на будущие подарки. В такие угодливые речи так хочется окунуться, как в теплое ласковое море где-нибудь в Анталье, принять их за чистую монету, и…

Только вот не зря на Востоке говорят: «Нет ничего опаснее, чем нож в руках ребенка, власть в руках безумца и лесть в устах подхалима». Потому что настоящая катастрофа начинается именно после «и», в ответ на попытки силовой перекройки чужих границ, когда и реальность от этой угодливой лести бесконечно далека, и расклад сил уже не тот, и эта самая  силовая перекройка границ вызывает резкое противодействие, от санкций до наращивания у границ России уже натовского военного «кулака». И да, еще одна деталь: «форпосту», оказавшемуся в проигрывающей команде, тоже надо готовиться к весьма серьезным неприятностям — вместе со своей метрополией. Даже если об этом ни в Москве, ни в Ереване предпочитают не говорить вслух.

Нурани, специально для Minval.az