«Близится конец союза Турции с НАТО». Как передает Minval.az, об этом в интервью турецкой газете «Habertürk» заявил кремлевский идеолог, известный российский философ, политолог Александр Дугин.

«После оккупации Ирака и кризиса с США Анкара осознала, что новой опасностью является Запад, который не хочет принимать Турцию в Евросоюз. Поддержка курдов со стороны США создает угрозу турецкому государству. Эрдоган создал союз как с мусульманами, так и с Западом. Каков результат? Попытка военного переворота. Именно США организовали попытку переворота, используя исламистскую идеологию и FETÖ. Политика Давудоглу по Сирии является другим примером. Это тоже была смесь исламистских и прозападных мыслей», — полагает Дугин.

По его мнению, Путин не старается перетянуть Турцию на свою сторону, это Запада толкает ее в сторону России.

«Они постарались свергнуть Эрдогана с помощью государственного переворота. Причина заключалась в том, что Эрдоган извинился за инцидент со сбитым российским Су-24 и нормализовал отношения с Россией. В глазах Запада это было предательством. Основной причиной организации военного переворота было сближение Эрдогана с Путиным, а также проведение им независимой политики. Чем больше Эрдоган стремится стать независимым, тем больше он превращается в мишень для Запада. Если Турция хочет остаться целой, она не должна быть в западном лагере. Потому что бомбы на турецкий парламент сбросила не Россия», — отметил он.

Дугин также пролил свет на то, как Турция помирилась с Россией после инцидента с Су-24:

«Делегация, состоящая из военнослужащих, приближенных к лидеру Партии «Ватан» Догу Перинчеку, прибыла в Москву после того, как был сбит Су-24. Среди них был и генерал Исмаил Хаггы Пекин. Делегация сообщила о том, что приказ сбить самолет отдал не Эрдоган, и что группа западных сторонников внутри правительства совершила предательство. Посол Турции попросил у меня помощи для открытия канала связи с Россией. Россия расследовала все приведенные Турцией аргументы. В марте я встретился с Анкаре с приближенными к Эрдогану лицами. После письма Эрдогана Путину я отправился в Турцию. Моей целью было доставить месседж о том, что Анкара должна быть осторожной, и что предпринятый ею важный шаг может привести к переходу в действие сбивших самолет лиц. А потом произошла попытка переворота. Я помогал Путину в деле с Эрдоганом, потому что мы уже дошли до грани войны. Но наш президент не легко меняет свое мнение, Путин – рационален и реалист. Если в некоторых вопросах есть улики, он сразу же оценивает это».

Кремлевский идеолог считает, что основной причиной неудачной операции ЦРУ США в Турции стало то, что оно не рассматривало Анкару в качестве крупной силы:

«ЦРУ не обратило должного внимания на турецкую армию. Они думали, что после операций «Эргенекон» и «Кувалда» в армии не осталось тех, кто поддерживает Эрдогана. Однако камалистическая группа в армии поддержала Эрдогана. ЦРУ постаралось в ночь на 15 июля перекрыть каналы связи между Россией и Турцией. Они пытались убедить Путина занять жесткую позицию в отношении Турции, говоря, что другие лидеры будут лучше Эрдогана, в Турции начнется гражданская война, которой Россия сможет воспользоваться в своих целях. ЦРУ смогло организовать влиятельных лиц вокруг Путина. Но Путин не пошел на это, потому что это означало конец Турции. Я и раньше говорил. Курды провели подготовки для того, чтобы начать мятеж после переворота. Чтобы снова совершить попытку переворота ЦРУ уже не сможет использовать эти пути. Они используют другие методы, потому что у них все еще имеются сильные позиции внутри Турции».

«Меня тоже собирались убить, как и Эрдогана»

Кремлевский идеолог также внес ясность в вопрос о том, откуда он получил информацию о попытке госпереворота 15 июля 2016 года:

«Некоторые вещи неправильно говорить. Естественно, российская разведка предоставила мне информацию о действиях в турецкой армии. Я правильно проанализировал полученную информацию.

В день переворота я в поздние часы покинул Турцию. Я был в аэропорту Эсенбога. Я постоянно держал связь с Россией. Дожидаться чего-то в Турции было очень тяжело, потому что было неизвестно, кто победит. К тому же, я знал, что за мной следят. Если бы произошел переворот, со мной бы произошло тоже самое, что с Эрдоганом и Перинчеком».