Печально, но факт, что в последнее время интерес к криминалу в нашем обществе возрос в разы. Усиленно пропагандируемый СМИ уклад жизни «законников», внутренние разборки криминальных «авторитетов», а в последнее время и так называемая «love story» певицы Федайи Лачын и преступника Этибара Гаджигабульского – все это больше по вкусу читателям, нежели интересные статьи о культуре, искусстве, истории. Если проследить читаемость новостей в различных СМИ, то криминальные новости вызывают огромный интерес. А в последнее время – просто нездоровый. И невольно закрадывается мысль: может быть, большинство читающих – потенциальные маньяки, убийцы или сторонники — поклонники «воровских поняток»?

Согласно исследованиям ученых из США, от чтения историй о реально совершенных преступлениях может быть и очевидная польза: в них описаны как психология преступника, так и потенциальные способы спасения жертвы. В отличие от детективов реальная криминальная хроника описывает настоящие, а не придуманные авторами случаи, по которым можно понять, чего именно следует опасаться и что предпринять, если пришлось столкнуться с преступником.

Авторы, впрочем, вовсе не настаивают на том, что подробное описание преступлений, совершенных очередным маньяком, полезно для психики читателей.

Ловушка, по мнению ученых, работает таким образом: человек, который боится стать жертвой убийцы или насильника, ищет в криминальной хронике информацию, способную повысить вероятность спастись в случае нападения на него самого.

Для того, чтобы выяснить суть массового психоза, который в последние дни сотрясает наше общество, сотрудник Minval.az обратился к известному психологу Азаду Исазаде, который заявил, что ничего удивительного и необычного на самом деле не происходит, потому что интерес к криминальному миру существовал всегда.

— Достаточно вспомнить, как массово скупаются детективы и криминальные романы. Если во времена СССР эта тема была закрыта для СМИ, но, тем не менее, она всегда была на слуху. После распада СССР тема криминала резко стала популярной: были даже выпущены большими довольно тиражами книги, повествующие о тех или иных криминальных «авторитетах», ворах «в законе» и так далее. Это были реальные персонажи реального времени. В обиход вошел воровской слэнг, татуировки, похожие на тюремные наколки, то есть, в разы взлетел интерес к потустороннему миру, в котором мы хоть и не живем, но, тем не менее, он настолько близко, что стоит только руку протянуть.  Это как пламя свечи, которое завораживает романтиков, но если поднести руку к огню – опалишь себе пальцы. Да, я не зря упомянул о романтике, это своеобразное «робингудство» — особенно в глазах молодежи. По их мнению, криминал выступает против общепринятых в обществе (и несправедливых подчас) законов, а потому живет исключительно по своим «законам», нарушение которых карается жестокой расправой, у них есть своя справедливо устроенная иерархия, и так далее. Если вы заметили, очень часто противопоставляют воровские «понятки» действующим юридическим законам. И в людском сознании криминальные «понятки» намного справедливее действующих официальных законов государства. По сути, люди настроены на эту «справедливость» чисто психологически, ведь никто не знает на самом деле, что происходит в сердцевине этих криминальных структур, мы видим только блестящую оболочку, и делаем выводы – согласно этой мишурной оболочке. Конечно же, так называемая «крутизна» — пальцы веером, пушка за поясом, карман бешенные деньги рвут. И потом, криминал – это не политика, обсуждать его не опасно, по принципу «все равно я в криминальный мир не попаду, но отношусь с уважением». О ворах «в законе» среди населения всегда ходили легенды – об их благородстве, честности, неподкупности, милосердии к простым людям – короче всего того, в чем нуждались люди в любые времена и в любых странах мира.

Читаемость криминальных новостей как правило резко повышается, когда происходит нечто громкое – как например в прошлом году широкий резонанс был вызван убийством вора «в законе» Ровшана Джаниева (Лянкаранского). Причем, заметьте, что эти криминальные «авторитеты» всегда были так сказать вне границ, вне политики и вне госструктур. Ходили слухи, что во время боевых действий на похороны азербайджанских «авторитетов» приезжали «авторитеты» из Армении, равно как и наоборот. Сегодняшние кланы «властвуют» на всей бывшей территории СССР, их география стала более обширной: они переместились в Турцию (согласно сегодняшним сообщениям в СМИ).

— Давайте рассматривать не только криминал. Обратили ли вы внимание на то, что любые негативные новости – скажем, о тех же самых суицидах – всегда вызывали огромный интерес? Их читает огромная масса людей. Согласно исследованиям психологов Университета Иллинойса (США), постоянные читатели криминальной хроники не являются скрытыми маньяками, а читают статьи про убийства и изнасилования потому, что боятся сами стать жертвами. Насколько правы эти ученые?

— Я не могу не подтвердить и не могу оспорить это заявление, так как ученные ссылаются на свою статистику. Но мы должны учитывать еще и тот факт, что отношение к криминальному миру в каждых странах своё. Если проводить параллели, то к тем же чеченским боевикам отношение различное, или же к боевикам из группировки ИГИЛ. Каждый руководствуется согласно своему менталитету, своей идеологии, логике и так далее. И потому мне сложно сказать, насколько верны или не верны эти исследования. Но если учесть факт существования Стокгольмского синдрома (когда заложники террористов испытывают подсознательную привязанность к своим мучителям), то тогда можно объяснить у людей определенный интерес, который вызван подсознательным желанием оказаться в экстремальной ситуации и выжить при этом. Это желание адреналина, приключений, своеобразного геройства, которое он совершит в нестандартной ситуации. Как правило, такие желания приходят, если жизнь скучна, сера, однообразна. Считайте это желанием к переменам. Опять же повторю: мы живем вдали от криминального мира, но нам интересно что в нем происходит. Вспомните крылатое выражение: «Герцогиня читает романы о жизни цветочниц, а цветочницы читают романы о жизни королев». Противоположность притягивала всегда. Тем более, что жизнь криминала окутана ореолом романтики. Народ смотрит фильмы о мафии, сериалы о бандитах, читает романы на те же темы. Если, согласно сюжету, и полицейский, и вор «в законе» нарушают какие-то правила, интересно знать, чем это закончится.

— Насколько эта тенденция опасна? Нужно ли воспринимать такой массовый интерес как своеобразный звоночек о том, что ряды криминала будут пополняться такими вот «романтиками»?

— Я не сказал бы, что это звоночек. Не секрет, что героями себя считают многие, но далеко не каждый им является. Так, к примеру, есть люди, обожающие боевики, игры-стрелялки. Но случись что серьезное – их за уши не затянешь в армию, они не рвутся защищать страну. На фронт, как правило, идут те, кто не дерет горло в Интернете и не покупает игровые приставки. На фронт идут патриоты, в Интернете же сидят виртуальные вояки. Разница в этом.

— В последнее время в местных СМИ идет конкретная раскрутка «love story» местной певицы Федаи Лачын и криминального «авторитета» «Бродяги Гаджи», убитого во вчерашней перестрелке. Эту сомнительную парочку в определенной прослойке общества сделали чуть ли не народными героями, жертвами «чистой любви». Вообще, с точки зрения психологии – как женщина может влюбиться в безграмотного тюремщика, с детства корячившегося по каталажкам и запятнавшего руки кровью по самые локти, кроме того, еще и внешне такого отвратительного?

— Давайте вспомним знаменитый фильм Василия Шукшина «Калина Красная». Практически такая же история. Вор сидел в тюрьме, а простая женщина с ним переписывалась. Спрашивается, зачем ей это было нужно? Существуют десятки невыдуманных историй в виде писем женщин с воли к заключенным, в том числе и убийцам, и ворам. В советское время это не являлось какой-то редкостью. Незнакомые женщины писали письма в армию, писали письма в тюрьмы. Опять-таки роль играет именно романтизм. Если же брать в учет современных женщин, влюбленных в представителей криминального мира, то не следует забывать о том, что у этих криминальщиков есть деньги, причем, деньги бешенные, «авторитеты» делают роскошные подарки в виде золота, машин и квартир. Так называемая любовь с привилегиями. Любовь с определенной долей приключений, риска. Что может дать среднестатистической женщине среднестатистический мужчина? По сути, ничего, кроме стандарта. А женщина наиболее подвержена страстям и тягой к роскошной жизни, нежели мужчина. И потом, все зависит от уровня: образованный человек тянется к себе подобному, если же хочется адреналина, денег и накаченных мышц – то и это «добро» будет кем-то да найдено и оценено по достоинству. Понятие нормы – оно весьма относительно. Интерес к криминальному миру мы можем рассматривать как нормальный до тех пор, пока нет роста криминогенной ситуации в стране. Если интерес остается в рамках обсуждений в соцсетях, статей, книжек или кино – то это норма. Простой интерес, популярность, не выходящая за рамки. Но если криминогенная обстановка начинает зашкаливать и забирать из общества волонтеров в свои ряды, то такое положение уже становится серьезным. Есть еще и экономический момент. Если проводить параллели опять же, колумбийские наркобароны практически кормят целые провинции, и народ им просто благодарен за кусок хлеба насущного, и потому огромные слои населения вовлечены в этот криминал. Вспомните итальянскую мафию 50-60-х гг., или американских гангстеров 20-х годов прошлого века. То есть, пока нет масштабного разгула преступности, ситуация под контролем. И всплеск эмоций общественности стоит рассматривать не более чем романтику.

Яна Мадатова

Minval.az