Объявив победные результаты завершившегося референдума, Эрбиль вбросил в топку региональной непредсказуемости партию легко воспламеняющихся поленьев. Можно не сомневаться, что градус напряжения вокруг Иракского Курдистана будет только нарастать.

Насколько осложнится геополитический пейзаж Среднего Востока, не сложно представить. Но ясно одно – инициатива Масуда Барзани внесла в региональную задачу набор из нескольких неизвестных. От того, насколько участвующие в игре акторы смогут выработать алгоритмы, и будет зависеть судьба мира в неспокойном пространстве.

Если судить о положении сквозь призму заявлений и оценок, которые были высказаны сверхдержавами и региональными игроками, то сторонникам независимости придется очень туго. Вроде все стороны осудили референдум. Однако не мешает выяснить, насколько искренними были те же Штаты, Великобритания, Франция и Германия, когда вербально призывали Эрбиль отказаться от идеи самоопределения.

С непосредственными соседями — Турцией, Ираном, Сирией и тем же Ираком  все ясно. Они в один голос выразили однозначный вотум недоверия акту  суверенизации. Есть одобрительная реакция и Армении, но с оговорками, но об этом позже.

Трудно допускать, что Масуд Барзани на свой страх и риск пошел ва-банк, не имея за собой надежной поддержки. Лидер иракских курдов не такой простак, чтобы идти по лезвию бритвы в густом тумане не благоприятствующих факторов, не представляя себе смысл и значение решающего действия, а следом маршрут дальнейших шагов в условиях выраженного волеизъявления.

Как и из чего вылупился Иракский Курдистан с видами на высокую цель? Вопрос не праздный и не риторический. Его сотворили Соединенные Штаты, которые, сразив Саддама Хусейна, фактически вывели северную область Ирака из мрака неопределенности на фоне падения Багдада. Многие аналитики и эксперты по Востоку после казни иракского диктатора (2003) в один голос указывали на грубейший фол Вашингтона, мол, он, проморгав амбиции Ирана, преподнес ему большой подарок в виде безопасного Ирака чуть ли не на блюдечке.

В принципе, для такого резюме были основания, однако отчасти. Многие упустили из поля зрения то внимание, коим США стали обхаживать Иракский Курдистан. Львиная часть военной техники, продовольствия, гуманитарных грузов, механизмов двойного назначения и прочих ресурсов стали перетекать на север к ногам Масуда Барзани. В течение недолгого времени северная область Ирака на фоне сногсшибательного хаоса и геополитического бардака, в который погружался регион, стала превращаться в оазис благоденствия. Американские военные, любезно помогая боевым отрядам пешмерга, не только инструктировали их, помогали в создании новых военизированных соединений курдов, но параллельно выступали гарантами безопасности Эрбиля перед лицом возможных выпадов саддамовских гвардейцев и шиитских ополченцев. Они также маленькими шажками подводили местную элиту к постижению премудростей институционального строительства.

В отшумевших 15 годах спрессован опыт эмпирического самоопределения, который ныне перешел в стадию политического оформления. Американцы, сделав свое дело, постепенно передавали бразды правления в руки курдских  военных, отрядов правопорядка, а также представителям местной знати, которая нашла в себе силы для перегруппировки возможностей и приобретения управленческих навыков.

Так что, Иракский Курдистан переформатировался не торопливо, но по рациональной схеме, а в отработке и осуществлении рекреации приняла деятельное участие и Анкара времен премьерства Реджепа Эрдогана. Турция, продемонстрировав проворность, не только оказывала помощь становлению экономического сектора, но и взяла на себя функции одного из главных инвесторов в создании новой инфраструктуры северного Ирака.

В последние же годы, пока внимание главных региональных сил при участии западной коалиции было целиком и полностью сконцентрировано на фортелях Исламского государства (ИГ), Эрбиль сохранял более чем мудрый нейтралитет, де-факто не останавливая последовательность в оформлении государственности. Вашингтон с его гордой антитеррористической коалицией, миндальничая с джихадистами, был более чем уверен, что проект ИГ сыграет на вынашиваемые расчеты по фрагментации региона. Но просчитался. Москва с союзниками спутала карты Западу, и все пошло наперекосяк.

И даже на этом фоне Иракский север не испытал особых переживаний и потрясений, осторожно участвуя в теневых операциях по торговле с контрабандной нефтью и другими ресурсами оперативного назначения.

Держа в рукаве карту передела политических границ Востока, Америка была вынуждена переиграть сроки и сюжетные линии отработанных сценариев. Раз не вышел номер с участием ИГ, стало быть, возникла необходимость включения в игру главного резервиста – Иракского Курдистана.

Регион, обладая солидным запасом политико-экономической прочности, вступил в игру в нужный момент, чтобы заложить, наконец, первый прочный камень новой архитектуры Ближнего и Среднего Востока. Процесс пошел, и кто бы, как бы ни угрожал Эрбилю, за ним есть мощная поддержка Запада, того самого, который несколько лет назад, разрушив Югославию, а далее и Сербию, дал волю Косово, открыв тем самым ящик Пандоры.

Ныне на Востоке разыгрывается новый акт давно начатой постановки, а испытанным и надежным инструментом достижения стратегической цели снова выступил сепаратизм, излюбленная палочка-выручалочка благодарных  последователей дипломатии Сайкса-Пико.

Как ни парадоксально, среди ограниченного числа стран, открыто поддерживающих курдский сепаратизм, значится Армения. Предвкушая моральный приход от рождения нового субъекта, она полагает, что  суверенизация Эрбиля даст искусственное дыхание мертворожденной «НКР». Как говорится, черта с два. Но не в этом интрига.

У Еревана двоякое чувство. Прозорливые армянские умы опасаются, подумать только, вероятности включения Курдистаном в свои владения  территорий так называемой Западной Армении. Не успели курды продрать глаза после трудной ночи, насладиться зарей нового дня, как Ереван выказывает предупредительные знаки территориальных притязаний. Как говорится, кто о чем, а вшивый о бане.

При всех случаях армянам не откажешь в умении забавлять публику. Если даже от их выходок попахивает клиникой.

Тофик Аббасов, специально для Minval.az