Как известно, любой народ, даже самое маленькое племя имеет свой свод законов и правил, применимых к их среде. Но если есть законы, то найдутся и те, кто им не подчиняется или пытается обойти. Причем, под любой маской. Такова природа любого общества на любых стадиях его развития. Армянское общество также не являлось исключением, преступность в его среде приобрела собственные специфические оттенки.

В 12 – 13 вв. на территории мусульманских государств Ближнего Востока возникло явление, известное специалистам под термином «ахийя» — братство. Оно объединяло людей одной сферы ремесленной и торговой деятельности, имело свою кассу взаимопомощи, устав и жесткую иерархию и носило религиозно-философский характер.  Это новомодное веяние затронуло и древнее как мир ремесло жителей трущоб, заключающееся в экспроприации чужого добра. Об этих средневековых шайках слагали легенды, имена их предводителей не сходили со страниц средневековой беллетристики или иных произведений, близких по жанру к криминальным романам.

Это явление в полной мере пришлось по вкусу и армянской молодежи, особенно той ее части, что не думала обременять себя физическим или умственным трудом. Философское содержание этого явления, характерное для ремесленных объединений, их не интересовало. Их более привлекала строгая иерархия и централизованная система доходов.  Еще 12 веком датируется упоминание сирийским историком Матфеем Эдесским 80 «удальцов» из города Вана, промышлявших далеко не честным трудом. Попытки армянских советских исследователей объявить их борцами с феодальным гнетом, мягко говоря, притянуты за уши. Борцами с феодальным гнетом можно назвать Уота Тайлера, руководителей восстания чомпи, предводителей крестьянской войны в Германии. За последними шли массы, сотрясавшие основы феодализма. Но 80 человек – это точно не борцы с феодализмом. Это всего лишь простая банда, ОПГ. Главарем этой бандитской группировки был некий головорез, носивший титул «манктаваг» — юношеский атаман.

В 1280 г. в городе Ерзынке  было основано подобное «братство» таких же «удальцов». Оно примечательно тем, что до нас дошел его устав, составленный армянским поэтом XIII в. Ованнесом Ерзынкаци. Входил ли он в эту ОПГ или просто получил от них щедрый гонорар за труды – неизвестно. Ерзынкайский устав 1280 г. содержит моральный кодекс членов «братства»: быть истинно верующим, молиться каждый день по нескольку раз, отмечать все религиозные праздники, в субботу и воскресенье обязательно ходить в церковь, присутствовать на службе, исповедоваться и причащаться.

Но ерзынкайским удальцам было не до исполнения предписаний устава. В стихотворении Ованнеса Ерзынкаци, написанном в 1290 г. имеются интересные сведения о манктаваге Акопе. Этот тридцатилетний «авторитет» (30 лет для средневековья почти преклонный возраст. Как он остался лидером молодежной ОПГ?) был человеком «ленивым в молитвах», не посещал церкви и не соблюдал поста, не помогал сиротам и вдовам, не навещал больных. Он предпочитал проводить время в веселых пиршествах, попойках и кутежах. К тому же на увещевания духовного лица он наглым образом заявил, что «он сам является и Отцом, и Сыном, и Святым Духом» — то есть оскорбил не только священника, но отрекся от святой Троицы. Если таким был манктаваг, то нетрудно представить, какими были рядовые «удальцы». От таких уж точно лучше держаться за версту.

В 1375 году под ударами мамлюкского султана Чаабана II пала Киликийская Армения. Богатейшая часть населения, опасаясь последствий, спасалась бегством. В их числе оказались и «удальцы», удаль которых не предписывала сопротивляться завоевателям, отстаивать независимость родины.

Оказавшись в незнакомых условиях, «удальцы» задумались над дальнейшим существованием. Продолжать  прежним промысел они не решились – здесь были уже свои не менее удалые ребята, и конкуренция им была ни к чему.

Этой ситуацией воспользовалась церковь. Заставив «удальцов»  поместиться в прокрустово ложе составленных уставов, в скором времени церковники превратили их в полувоенные организации, подчиненные собственному главе или главе города.

Для пополнения казны «удальцов» использовались разные методы. Помимо классического ростовщичества принимались и подчас оригинальные решения. Так, например, согласно уставу братства армянских «удальцов» украинского города Язловцы, утвержденного 10 февраля 1658 года, раз в году, летом, они организовывали паломничество к монастырю Григория Просветителя в Язловцах, во время которого им разрешалось «стричь» с народа пожертвования в пользу своей кассы. Естественно, что и армянская церковь не оставалась в стороне от этого богоугодного дела.  Не зря ведь армяно-католический католикос Мельхиседек в начале 1627 года прибыв в город и ознакомившись с положением дел, «увидел и узнал, — пишет он, — что эти удальцы и их касса доброе и хорошее дело». Верна пословица: ворон ворону глаз не выклюет.

Надо отметить, что в результате тесного сотрудничества никто в обиде не оставался. Так, «удальцы» города  Каменца в 1522 на свои средства (точнее, на средства присвоенные) финансировали роспись стен местной армянской церкви. А в 1607 году раскошелились на «большой сладкозвучный колокол».

Таким образом, с благословения и с поддержкой святой армянской церкви происходил процесс изъятия у и без того небогатого населения лишних (по мнению экспроприаторов) денег. Конец этому узаконенному беззаконию положил лишь приход новой власти и продолжившаяся ассимиляция армянского населения упомянутых городов.

Шелале Гасанова, Заур Мехдиев 

Minval.az