Закладку первого камня нового китайского посольства в Ереване, которое станет вторым по величине на евразийском пространстве после расположения дипмиссии КНР в Москве, Армения празднует, как невиданный успех. Свойство, присущее классическому нищеброду, который только и ждет случайного прихода, будучи в убогом положении.

Геополитическое захолустье, в которое превратилась Армения благодаря «дальновидности» правящей военно-политической верхушки, ничем не привлекает ведущие страны. Максимум, на что она рассчитывает, дороже продать свое географическое расположение. Подвернулся момент, и официальный Ереван пытается выжать максимум из сугубо технического действия. Но при этом важен и пиар-эффект для внешней среды, мол, и мы задействованы в большой игре.

Участвовавший на церемонии министр иностранных дел Эдвард Налбандян, будучи на седьмом небе от радости, изрек, будто две страны за 25 лет сделали все, чтобы «вековая дружба и отношения укрепились и расширились». Правда, он не уточнил, что конкретно принесла дружба Еревану, который принял за правило ходить по миру с протянутой рукой.

Участвовавшие на мероприятии помощник главы МИД КНР, посол страны в Армении, и другие подчеркнули, что Поднебесная намерена повысить уровень присутствия в Армении. Но впору задаться вопросом – а где, в каких частях света Китай к этому не стремится?

КНР, как и подобает стране, нацеленной на превращение своей экономики в мирового лидера, развернул фронтальное наступление на всех геополитических и геоэкономических фронтах. Боевые расчеты расставляет не хаотично, а согласно твердой логике разумного действия, оправданного целями и средствами их достижения.

И ежу ясно, что архитектуру будущего будут предопределять три гиганта – США, Россия и Китай. Они и пустились в гонку преследования, чтобы не упустить из виду даже крохотные детали тактики и стратегии соперников.

В Америке торговцы серьезной недвижимостью оперируют формулировкой, согласно которой бизнес задается благодаря трем требованиям. Когда несведущие вопрошают – что это за три требования, они победоносно возвещают – «расположение, расположение и еще раз расположение».

Резонно провести аналогию, ведь географические координаты — это тоже параметры расположения и целесообразности, с помощью которых сильные игроки размещают собственные интересы в отдаленных регионах и обезвреживают конкурентов. Они же таким образом пытаются застолбить перспективные преимущества на будущее.

Впору вспомнить, что после завершения Первой мировой войны Вашингтон не ради праздного интереса откомандировал в Нахчыван своего специального посланника, чтобы тот, тщательно прослеживал поведенческую линию стран Антанты и проигравших им конкурентов, чтобы они не наломали дров в перекраивании политической карты Кавказа. Именно американский дипломат и ратовал за соблюдение интересов армян, чтобы они не обиделись.

Тогда уже янки мыслили категориями мировой гегемонии.

Преемственность в большой политике вещь неоспоримая. Американский истеблишмент прекрасно понимает, какую роль играет Кавказ в большой геополитической игре, потому предпочитает стиль не дистанционного управления, а физического присутствия. Именно потому американский дипломатический стафф в Ереване более чем укомплектован, и насчитывает свыше 700 человек.

России незачем повторять американцев в этой гонке, ибо она в Армении, можно сказать, все прибрала к рукам. Другое дело Китай, который находится на заметном отдалении от важного пятачка. Ему важно не отстать от США.

Безусловно, решение больших задач в политике требует больших усилий, большего числа персонала, больших площадей, потому Пекин закладывает базу своего фундаментального присутствия в регионе, называемом солнечным сплетением Евразии.

А «интерес к Армении», как к важному партнеру, это не более чем красное словцо, с помощью которого сильные подбадривают слабых и мало способных. Пекину важна не сама страна, а ее близость к коридорам, к Турции, Ирану, России. Наконец, Южный Кавказ, находясь на стыке трех континентов, не может не вызывать стратегического интереса в Поднебесной, которая практически догнала мирового лидера.

Армении в принципе кое- что перепало. В строительстве будут участвовать ее специалисты, и не исключено, что полученный подряд и является главным мотивом большой эйфории, которой охвачены Налбандян и другие.

Ну а проект века «Один пояс, одна дорога», инициированный Пекином, тоже не прочь вовлечь в свою орбиту максимальное число государств Евразии. Широкие возможности сотрудничества, о которых восторженно высказался глава МИД Армении, больше характеризуют заинтересованность Пекина, нежели Еревана, который постоянно находится на голодном пайке в разрезе важных интеграционных проектов.

Армения с ее геополитической расположенностью напоминает собаку на сене. Долго она хорохорилась, бравируя выгодным положением в знойном регионе. Да и Москва все время одергивала вассала за короткий поводок. Но, как видно, синхронизация тактических интересов России и Китая перед лицом разыгравшейся активности Вашингтона на мировых полях вынуждает сюзерена несколько смягчить удавку на шее прирученного.

На этом фоне армянская губерния пустилась расписывать прелести перспектив, дескать, интерес Китая к Армении в скором времени превратит пустыню в цветущий оазис. Некоторые сказочники умудрились уподобить изгоя Южного Кавказа гаранту стабильности, этакому архитектору спокойствия, запамятовав, что Армения, оккупировавшая земли восточного соседа, перед вероятностью новой фазы карабахской войны трепещет, как в лихорадке.

Китайцы ради приличия говорят о перспективах регионального развития, видя в спектре реального плюсы дееспособных государств. Армянам же мерещатся их возможности, которые имеют прочное место в виртуальной ипостаси.

Транзит между Дальним Востоком, Персидским заливом и Черным морем освоен без участия Армении. Этой стране с непредсказуемым прошлым отводится роль пятого колеса в телеге, ибо Азербайджан с Грузией, если говорить о субъектах Южного Кавказа, давно и с большой пользой задействованы в ключевой игре. Ереван же со скудными коммуникационными возможностями фигурирует в роли запасного игрока с туманными данными. Армения же пытается догнать тех, кто уже скрылся за горизонтом. Может ли ставка на Пекин выправить его положение?

КНР диверсифицирует маршруты выходов на перспективные рынки через верные коридоры, и если в Ереване кому-то кажется, что коммуникационному проекту Иран-Армения-Грузия светит большое будущее, тут перспективы более чем призрачны. В лучшем случае неудачнику достанутся крохи от дивидендов титанов, которые просчитали все варианты.

Как показывает опыт, в их тени всегда подвизаются неудачники, которые тешат себя заблуждениями. На то они и есть продавцы иллюзий, которым везде и всюду аплодируют.

Тофик Аббасов, специально для Minval.az