«Демократическая революция подбирается к Азербайджану словно лесные пожары».

(Бывший министр Али Инсанов)

В декабре 2015 г., после пожара на глубоководной платформе «Гюнешли», я высказал мнение, что участившиеся в 2015 г. пожары и «техногенные» катастрофы не были случайными. Они вполне вписывались в сценарий «раскачивания лодки», изложенный в 1998 г. в теперь уже малоизвестной статье «Митинговая тактика оппозиции», написанной будущим зампредом одной из ведущих оппозиционных партий.

В самых общих чертах, ее идея заключалась в том, что люди уже не покупаются на политические лозунги и могут выйти на улицы лишь, если будут чувствительно  задеты их социально-экономические интересы. Оппозиция же должна быть готова к тому, чтобы не только «перевести стрелки» на правительство и возглавить протестное движение, но и подготовить сами эти проблемы, например, перебои с водой, электричеством и газом. По этой причине статья была объявлена «планом государственного переворота» и использована в предвыборной агитации властей, а автор был арестован и осужден.

А ведь, действительно, даже в продвинутой в политическом отношении столице, не говоря уже о провинции, оппозиции в последние годы не удавалось взбунтовать рядового обывателя пламенными лозунгами о борьбе с коррупцией, неомонархизме властей, фальсификации выборов, освобождении политзаключенных. Но стоило, например, какому-нибудь чиновнику средней руки намекнуть на увеличение арендной платы на рынке – и стратегическую трассу перекрыли сотни торговцев. Работники электрической компании«Азеришыг», пришедшие ставить электрические счетчики беженцам, столкнулись с самым яростным сопротивлением, вплоть до рукопашной. В Губе и Исмаиллы были беспорядки по не политическим поводам, там даже запылали здания. После смерти задержанного в Мингечевирском горотделе полиции на улицы города тоже вышла масса народа…

А что, если «стихию», то есть вполне просчитываемую реакцию населения, исподтишка подготовить? Эта идея лежит в основе всех конспирологических версий о том, как именно пытаются сторонники «митинговой тактики» сместить нынешнее руководствоАзербайджана. Что-то ужасное, трагическое, не контролируемое властями, должно произойти, переполнить пресловутую чашу терпения и вывести народ на улицы.

В прошлой своей статье на эту тему (в декабре 2015 г.) я взял темой пожары революции. Именно так: без кавычек и во множественном числе. Прошедшие с тех пор полтора года лишь добавили аргументов к моей точке зрения, которая заключается в том, что многие пожары, пик которых пришелся на критический 2015 год, скорей всего, не были стихийными, являясь частью заговора по дестабилизации социально-политической обстановки в стране.

Вернуться к этой теме меня побудил красивый пассаж из последнего слова на недавнем суде бывшего министра и миллиардера, а по совместительству – оппозиционера и выразителя чаяний народных Али Инсанова: «Я много чего знаю. Демократическая революция подбирается словно лесной пожар к Азербайджану. Если справедливость не будет восстановлена, это пламя окутает весь Азербайджан».

А что, если следует принять его слова не как метафору, а буквально? В прошлом году мы столкнулись с убедительным аргументом – событиями в Израиле.

Напомню, что с 22 ноября 2016 г. по всему Израилю синхронно разгорелись пожары, которые полыхали целую неделю. Рядом с городами и поселками горели леса, кустарники и трава, огонь перебрасывался и внутрь городов, захватывая жилые дома, достиг даже здания штаб-квартиры полиции в Иерусалиме. Сгорели сотни домов, погибли многие городские сады и парки, детские площадки. Занеделю было зарегистрировано 1773 пожара, 75 тысяч человек были эвакуированы, медицинская помощь была оказана 133 гражданам. Ущерб жилому фонду только в Хайфе составил порядка $130 млн.

В связи с распространением огня было прекращено движение поездов в северном направлении, закрыт аэропорт. В ряде городов Израиля объявили чрезвычайное положение. Израиль обратился за международной помощью в тушении пожаров, и ее оказала 21 страна, включая наш Азербайджан. Прилетел даже самолет-супертанкер из США, который тушил пожары у каких-то стратегических объектов в Иерусалимских горах между Иерусалимом и Тель-Авивом. Есть предположение, что там находятся пусковые установки баллистических ракет, несущих ядерное оружие.

С самого начала было очевидно, что пожары не были стихийными. Армия и полиция задержали порядка 50 предполагаемыхподжигателей, которые ездили по улицам на автомобилях и бросали из окон зажигательные взрывпакеты. Все они оказались арабами, причем половина была гражданами Израиля, а другие – жителями Палестинской автономии.

Вскоре ответственность за пожары взяло на себя салафитское движение «Масадат аль-Муджахеддин», связанное с «Аль-Каидой». В заявлении организации было сказано, что огонь является оружием джихада. Эта же организация взяла ответственность и за лесной пожар на горе Кармель возле Хайфы в 2010 году, когда погибли более 40 человек. Премьер-министр страны Биньямин Нетаньяхузаявил в этой связи, что «каждый пожар, который произошел в результате поджога или подстрекательства к поджогу – это террор во всех отношениях, и мы будем рассматривать его как таковой».

Давайте теперь под этим углом посмотрим, что происходило у нас в прошлом году. Напомню, что в год парламентских выборов (2015-й) в Азербайджане было    зафиксировано 13.492 пожара, в результате которых 64 человека погибли, 170 получили травмы, что было на 72% больше по сравнению с 2014 годом. Это был пик – количественный и качественный, если вспомнить сгоревшие многоэтажки и аварию на буровой платформе.

Читайте также: Пожары революции: кто-то вооружился планом 17-летней давности?

В 2016-м произошел небольшой спад: 11.853 пожара, погибли 54 и получили травмы 146 человек. Хотя и утверждают, что 70% пожаров происходят в домах от коротких замыканий, но статистика упорно твердит другое. В домах произошли всего 2.227пожаров (19%), остальные же возгорания произошли вне домов, там, где было легко реализовать тактику израильских арабов, в основном на открытых территориях (7.077) и «иных местах», вероятно, нежилых помещениях (2.166).

Напомним некоторые из этих происшествий. Начнем с серии пожаров, постигших бизнес-структуры.

В торговой сети, объектами пожаров стали крупные магазины и рынки, где огонь приносил как ощутимый материальный ущерб, так и создавал группы недовольных властями. Немаловажно и то, что такие рынки имеют тысячи клиентов, которых это тоже затрагивает.

В 1990-х первой неофициальной версией пожара был бы передел собственности. Но сейчас он давно завершен и невозможно привезти и продать даже коробок спичек вне контроля вполне лояльных властям бизнесменов. Поэтому пожары бьют по этой опоре властей и, раз уж руководство страны не может обеспечить защиту их бизнеса,  создают недовольство и у них.

Так, 28 июля загорелся один из магазинов стройматериалов в Гяндже. Для тушения потребовались 4 пожарных автомобиля. 4 августа рано утром произошел сильный пожар на центральном рынке Лянкярана. Сгорели чайхана и магазин телефонов. Ночью 23 августа произошел пожар в жилом доме в центре Баку на складе магазина одежды Ernesto Mazzoni. 12 октября, рано утром (в 7:00) на Шекинском рынке сгорели 90 контейнеров и 20 прилавков. 18 октября произошел сильный пожар на территории центрального рынка в Гусаре, сгорели несколько магазинов. Пожар в цехе ферментации табака в Загатале 12 октября уничтожил 2,5 тонны табака, а возгорание в пункте по приему хлопка в Геранбое 7 декабря испортило 1200 тонн хлопка.

17 января 2017 г. в утренние часы произошел пожар в торговом центре «Садарак». Уничтожены 4 и повреждены еще 3 магазина, пострадали два человека. 11 февраля произошел пожар на территории Ясамальского района в одном из известных автомобильных сервис-центров Баку. Утром 1 апреля в торговом центре «Бина» на окраине  произошел пожар. Ночью 3 апреля огонь охватил несколько магазинов на центральном рынке столицы – Таза Базар.  И т.д.

Я не случайно подчеркиваю, что пожары обычно начинались поздно ночью или в ранние утренние часы, когда в таких местах почти нет людей и какой-то деятельности, которая бы могла вызвать перегрузку электролиний, открытый огонь и т.п. Зато для поджога это время идеально.

Особняком стоит пожар в здании Trump Tower Baku 11 августа. Для тушения были привлечены три пожарных автомобиля. Точно так же подозрительно выглядела история с пожаром 12 января 2017 в машинном отделении грузового корабля «Академик Зарифа Алиева», построенного в 2006 году. В более поздних сообщениях масштаб происшедшего занизили до «задымления проводов». Однако, помимо экипажа, с этим «задымлением» пришлось бороться с помощью специализированного судна и вертолета.

Почему из всех отелей загорелся именно тот, который был связан с нынешним президентом США, а из всех судов – именно то, которое названо в честь матери Президента? И это при том, что пожары в таких местах вообще достаточно редки.

Или возьмем возгорание 15 марта 2017 г. в Бакинском метрополитене между станциями «28 мая» и «Гянджлик» (участок, на котором в 1994 г. произошел теракт). Из-за дыма пассажиры были эвакуированы, произошло легкое отравление нескольких человек.

Происшествие вызвало сильную панику и слухи Люди еще не забыли пожар в бакинском метро 28 октября 1995 года, когда погибли 289 человек — вдвое больше, чем в день «Черного Января», при вводе Советской Армии в Баку в 1990-м. Этот инцидент до сих пор остается крупнейшим в истории катастроф метрополитенов всего мира. Машинист тогда принял ошибочное решение остановить состав в тоннеле между станциями «Улдуз» и «Нариманова», что стоило жизни тем, кто задохнулся, был раздавлен в панике или убит электротоком.

Если бы и на этот раз машинист растерялся и остановил поезд в тоннеле, все могло бы закончиться хуже.

В нефтяной промышленности наиболее заметным трагическим событием была гибель 10 нефтяников 15 декабря 2016 г. – год спустя после предыдущей трагедии с взрывом газа на платформе «Гюнешли» (4 декабря 2015 года). На сей раз сильный ветер снес в море около 150 метров эстакады на нефтесборном пункте посреди Каспия. Как это могло случиться, до сих пор спорят.

Остался в памяти бакинцев и последовавший через пару недель после этого взрыв на магистральном газопроводе на территории поселка Сангачал Гарадагского района 27 декабря 2016 г. В результате взрыва остановились две электростанции, возникли перерывы в электроснабжении Баку и Сумгайыта, нарушилось газоснабжение Абшерона. 2 января именно в том же починенном и охраняемом месте трубопровода произошел новый взрыв, 10 января – еще один, и тоже в этом месте.

Интересно, что за день до первого взрыва в интернете было опубликовано видеообращение некоего азербайджанца из ИГИЛ. Он назвал Азербайджан «Дар аль-Куфр» (территория неверия), и, упомянув совершенные в Чечне и Германии теракты, призвал людей выйти на улицы и присоединиться к джихаду. Как раз неподалеку от места, где взорвался газопровод, за 2 месяца до взрыва были убиты двое ИГИЛовцев, которые планировали диверсии, может быть, на том же газопроводе. Во всяком случае, людская молва увязала эти события.

Но слухи слухами, так ведь и власти, утверждая о чисто техногенном характере аварии, тем не менее почему-то отменили праздничные новогодние концерты, запланированные на 31 декабря в Национальном приморском парке в Баку. Никакие официальные объяснения этому решению не были даны ни администрацией парка, ни столичной мэрией, ни правоохранительными органами. Зато была организована утечка информации, что якобы отказ от концерта был продиктован террористической угрозой.

Говоря о промышленности, стоит также вспомнить взрыв на оборонном заводе 26 июля 2016 года в городе Ширван. Он стоил жизни 2и ранения – 20 людям. А ведь годом ранее, 6 июля 2015 г. в Ширване уже произошли авария и пожар на оборонном заводе. Тогда погиб 1 и были ранены 19 человек. Почему в последнее время происходят взрывы на особорежимных предприятиях, которыми являются заводы «оборонки», остается лишь догадываться. Ведь, если виновен техногенный фактор, то выводы должны были сделать уже после первого взрыва…

Кстати, о взрывах. В 2013 году их было зафиксировано 29, в 2014 г. – 36, в 2015 году – 47 (по другим данным, даже 62!),  в 2016 г. – 68. Прослеживается явная тенденция к росту. А уничтожение 3 декабря 2016 г. боевика-исламиста, который, по данным следствия,планировал взрывы на территории Азербайджана, оказал сопротивление при аресте и попытался себя подорвать рядом с торговым центром, показывает, что версия о диверсиях, по меньшей мере, заслуживает внимания.

В декабре 2016 и январе 2017 года закончились  судебные процессы по делу о произошедших весной 2015 г. пожарах в облицованных полиуретаном 10-этажном здании в Хатаинском районе и 16-этажном здании в Бинагадинском районе. Опасность новых пожаров заставила власти ободрать облицовку многих домов, что было очень некстати (или кстати?) перед состоявшейся в июне 2015 г. Европейской Олимпиадой. В первом случае обвиняемым дали условный приговор и освободили из зала суда. Во втором деле, где  погибли 15 и были ранены 50 человек, подсудимые получили от 3,5 до 8 лет лишения свободы.

При этом один из подсудимых, бывший руководитель строительной компании, категорически заявил на суде: «Здание подожгли умышленно, этот поджог связан с пожарами в других зданиях». Преступник хочет себя «отмазать»? А как насчет приговора, вынесенного 7 марта 2016 года по делу о поджоге мечети в поселке Гарачухур в ночь на 26 ноября 2014 года? Тут уже были названы конкретные имена поджигателей, которыми оказались бывшие курдские боевики из числа наших сограждан, успевшие повоевать на Ближнем Востоке. Через социальные сети они призывали жителей Азербайджана к акциям неповиновения, так что не исключено, что они уже попали в списки невинно репрессированных блогеров.

Если же говорить о классике в «арабском» стиле, когда лесной пожар наступает на жилища, то нечто подобное было в августе 2016 в Ширванском национальном парке. Там произошел пожар, нанесший ущерб растительности на территории 35 гектаров Агсуинского и Шамахинского районов. Защитить от огня тысячи гектаров лесного покрова, близлежащие отели и центры отдыха в Агсуинском районеудалось лишь усилиями пожарных 7 соседних районов.

14 марта в лесополосе, и тоже вблизи центра отдыха в Исмаиллинском районе,  произошел пожар. Как обычно, причина возгоранияоглашена не была. А 27 апреля вспыхнул пожар в Самурском лесу рядом с российско-азербайджанской границей (на территории Дагестана). Повредились ли при этом пограничные сооружения, не сообщалось.

…Вообще, как показывает опыт Израиля, поджоги – очень удобный инструмент террористов. Не нужно ни стрельбы по полицейским, ни массовых беспорядков на улицах, ни бомб, с риском для жизни собранных в полутьме подвалов. Достаточно всего недели без дождя, полосы сухой травы и копеечной зажигалки в кармане. И страна уже в панике, дома горят, автотрассы закрываются, под угрозой стратегические объекты, и в результате – тысячи эвакуированных и сотни миллионов долларов ущерба.

И при этом – полное отсутствие каких-то материальных следов, если, конечно, поджигателя не поймают на месте или он не попадет в поле видеокамер. Может быть, еще и поэтому все взрывы и пожары традиционно объясняются «брошенным окурком». Даже если, как при пожаре в Шахдагском национальном парке в 2015 г., возгорание и начнется сразу в шести (!) различных точках лесничества.

Все указывает на то, что прошлогодняя трагедия в Израиле – это всего лишь любительская разминка поджигателей (в прямом и переносном смысле) нового вида гибридной войны, окрашенной под «джихад». И если спецслужбы стран, которым угрожает зараза терроризма, включая Азербайджан, не учтут эти уроки, то каждым летом-осенью им придется сталкиваться с все новыми и новыми «стихийными» пожарами, человеческими и материальными жертвами. Не пора ли уже работать на упреждение?..
Эльдар Зейналов.