На исходе второй срок президентства Ильхама Алиева, который, судя по всему, будет баллотироваться и на третий срок. Два цикла президентства можно анализировать в различных плоскостях и, соответственно, приходить к совершенно разным оценкам. Позитивы его президентства наиболее зримо проявились в области энергетической политики, в сфере интенсификации социально-экономического, финансового и военного потенциала Азербайджана, в международном пиаре мощи и успехов нашего государства, а также в вопросах укрепления власти, стабильности и в деле инфраструктурной модернизации страны.

Вместе с тем, иная оценка вырисовывается, если рассматривать годы его правления в контексте соответствия тому курсу, той модели развития, которые были заложены в Конституции страны, служили знаковыми ориентирами для власти и общества в предыдущие годы независимости и прямо вытекали из обязательств Азербайджана перед Советом Европы и авансового реформаторского имиджа самого Ильхама Алиева на старте его президентской деятельности. В этом отношении годы его правления стали годами последовательного свертывания демократических процессов и ограничения сферы свободы и плюрализма. На словах всё время заявляя о приверженности реформам и демократии, нынешняя власть на деле последовательно убирает из политической практики и даже из Конституции многие демократические признаки и оставляет лишь то, что содействует усилению кланово-номенклатурной сути и возрождению неосоветских тенденций.

Огрехи изначального  фундамента

Справедливости ради надо отметить, что еще до Ильхама Алиева фундамент государственной системы был сформирован отнюдь не для функционирования в режиме демократии, плюрализма и открытого рынка. Обретение независимости и последующие неуклюжие попытки политико-экономического реформирования страны так и не привели к качественному изменению системы госуправления в Азербайджане. Просто произошла постепенная замена советской государственно-монополистической системы авторитарным бюрократическим госкапитализмом.

Фактически страна была обречена на подобный провал, который наблюдался уже при Гейдаре Алиеве, но наиболее зримо проявился в годы правления его преемника. Поскольку не удалось отделить власть от собственности, а собственность от бюрократии. Не удалось защитить сферу бизнеса от номенклатурной экспансии. Не удалось ввести власть в институционально-правовое русло и обуздать ее  стремление подчинить себе государство, общество, материальные блага страны и даже частную жизнь граждан. Не удалось задействовать выборные механизмы обновления и преемственности власти. Не удалось закрепить минимальные завоевания свободы.

Сегодня в Азербайджане, как и в целом ряде стран СНГ, наблюдается опасная реанимация отживших советских форм и методов госуправления. Игры в имитацию демократии, свободных выборов, рыночных реформ, правового государства, гражданского общества, плюралистической системы и т.д., судя по всему, окончательно провалились: власть не желает, общество не верит, оппозиция не может, а Запад всё ещё не проявляет должного интереса.

Негативная трансформация системы

За годы правления Ильхама Алиева псевдодемократический режим в Азербайджане трансформировался в авторитарно-полицейский режим с сильными самодержавными амбициями, с исполнительной властью, полностью подмявшей под себя власть законодательную и судебную, с неистребимой тягой к этатистской модели развития, к мобилизационной и теневой экономике, к примитивному культу личности и к тоталитарной советской практике. Для такого режима характерны не власть права, а право власти, не диктатура закона, а закон диктатуры, не интересы личности, а личные интересы.

Есть ли будущее у такого авторитарного режима власти в Азербайджане? К сожалению, есть, но благим его для страны назвать трудно. Хотя этот режим и вступил в завершающую, тупиковую фазу эволюции, тем не менее, он может еще долго трепать нервы обществу. Несмотря на показную монолитность, такой режим раскалывает общество и в социальном, и в экономическом, и в политическом, и в нравственно-психологическом плане. Такой режим, как мы видим по усиливающемуся правовому беспределу во всех сферах жизни, плохо управляем, абсурдно расточителен, неадекватно жесток, потенциально нестабилен, тяготеет к теневой политике, к однопартийности, к монополизации власти и рынка, к закручиванию гаек, к углублению противоречий. Но главный порок такого авторитарного государственного устройства — в том, что это есть политическая система экстремальных действий и узурпации власти. Обеспечить эволюционное развитие на базе реформ она неспособна.

По сути, за годы президентства Ильхама Алиева страна столкнулась с тремя взаимосвязанными кризисами, которые развиваются параллельно, подстегивают друг друга и создают реальную угрозу и самой власти, и благополучию страны.

Первый кризис

Первый кризис обусловлен тупиковым характером модели модернизации страны на базе неосоветской реорганизации и ужесточения авторитарной системы власти. Правящая номенклатура словно сговорилась с большей частью политиков и олигархов, а возможно и с официальными кругами запада, о необходимости «временного» ограничения демократии и ужесточения «вертикали власти» для обеспечения стабильности и ускорения социально-экономического развития страны.

Логика примерно такая: дайте нам карт-бланш, потерпите с неудобствами и мы выдадим вам желаемую модернизацию. Что из себя представляет этот вариант неосоветской модернизации в исполнении нашей коррумпированной госноменклатуры мы уже воочию видим. Миллиарды нефтедолларов страны транжирятся на бесконечное асфальтирование одних и тех же дорог, возведение однотипных небоскребов, реализацию амбициозных проектов или поочередную реализацию в каждом уголке страны стандартного «букетного набора»: новой школы, олимпийского комплекса и диагностического центра.

Страна охвачена грандиозным строительным бумом, но жизнь людей и климат в обществе почти не меняется к лучшему. По сути, комплексной модернизации не получилось, да и не могло получиться в таком авторитарно-коррумпированном исполнении. А вот с демократией справились мастерски: существенно девальвированы принципы правового государства, блокированы почти все возможности созидания гражданского общества и свободной экономики, ограничены до предела свобода слова и политическая конкуренция, полностью дискредитирован и сведен к минимуму институт выборов, мертворожденными оказались органы местного самоуправления, общественное телевидение, институт омбудсмена; хилое и без того правосудие стало полностью ручным, а парламент  превратился в виртуальную реальность.

Второй кризис

Это кризис системы управления. Постепенный переход президента к неосоветской и жестко авторитарной модели власти благословил бюрократический реванш. В результате такой  победы бюрократии мы получили полную закрытость и неподконтрольность власти, что, в свою очередь, привело к фантастическому росту коррупции  и монополизма.

Разумеется,  от предшествующей власти новый президент получил в наследство неэффективную, коррумпированную бюрократию. Практически все разновидности коррупции, которые можно зафиксировать нынче, уходят корнями именно в тот предшествующий период. Редкие и робкие попытки что-то реформировать, что-то исправить, предпринимавшиеся больше для показухи, равнозначны орошению пустыни стаканом воды. Все последние годы  мы наблюдаем одно и то же: эпизодические упоминания о коррупции, постепенно затухающая реформаторская риторика и почти полное бездействие в сфере практической.

Но масштабная коррупция — это всего лишь одно из проявлений неэффективности управления. Разложение бюрократии, неисполнительность, полное игнорирование общественных интересов и интересов страны росли все эти годы так же быстро, как коррупция. Достаточно привести в качестве примера бессистемные и ничего не меняющие в деятельности правительства кадровые перетряски. Чиновники активно пересаживаются из одного кресла в другое, но этим (за редкими исключениями) все дело и ограничивается. Эти кадровые перетряски не только не дают позитивного эффекта, но усугубляют проблемы в организации системы эффективного госуправления.

Фактически, мы имеем дело с тенденцией усиления кризиса в системе госуправления. Чиновники, предоставленные самим себе, работают на себя. Они решают свои личные проблемы, а не проблемы страны. Они крышуют теневую экономику, обделывают собственные делишки, отнимают чужой бизнес, приватизируют куски собственности, угнетают граждан и паразитируют за счет общества. У них просто нет времени на управление страной, они ее разворовывают в таких масштабах, которые и не снились прежним коррупционерам.

Третий кризис

Это политическая инфляция и как следствие – падение престижа и дееспособности власти. Несмотря на самоуверенность, атмосферу вседозволенности и безнаказанности, нынешняя правящая номенклатура живет в состоянии тревоги, постоянного предчувствия угрозы и сверху, и снизу. Набивая карманы, бюрократия вынуждена время от времени хотя бы имитировать решение общественно значимых проблем. Ведь нельзя держать народ только на наркотике оболванивающей пропаганды. Иногда нужно делать хоть какое-то малюсенькое дело. И такие попытки периодически предпринимаются (благо денег много): социальные подачки, ремонт дорог, газификация районов, строительство тех или иных объектов и т.д.

Но всякий раз, в силу полной неэффективности власти или в силу кампанейского характера этих акций, потуги чиновников превращаются в быстро лопающийся мыльный пузырь. А проблемы между тем накапливаются и обостряются. Недовольный народ уже обращает, на сей факт внимание, а следом за ним и глава государства может оказаться вынужденным отреагировать соответствующим образом. Бюрократам становится страшно: за свою власть, за свои деньги, за грядущую ответственность. А потому надо принимать новые решения, принимать так, чтобы забывались прежние, нереализованные. Но это возможно, только если каждое следующее решение будет «круче» предыдущего. Значит, каждое следующее практическое решение, сохраняя традицию непродуманности и неэффективности, еще больше запутывает ситуацию, создавая своеобразный эффект галопирующей политической инфляции.

Подобная политическая инфляция означает не только резкое обесценивание политических решений и стремительное падение авторитета власти, но и ускорение этого кризисного процесса. Власть словно «белка в колесе» обречена на суетливую и малопродуктивную активность. По этой причине, следует ожидать очередных кадровых перетрясок, новых управленческих перлов, еще более  грандиозных проектов и ещё большего закручивания гаек. Но все эти потуги бюрократии  ничего не меняя к лучшему в реальной жизни общества, могут привести только к политической гиперинфляции, весьма опасной, прежде всего, для самой этой власти.

Зафар Гулиев

нимдаш