Malchik-zakryvayet-litso

Азербайджан традиционно относится к государствам с высокой степенью защиты прав ребенка на законодательном уровне, что связано, как ни странно, с нашим советским прошлым, где по идейным соображениям данному вопросу уделялось достаточное внимание. Во главу угла ставилось равноправие родителей в семье, от чего дети, несомненно, выигрывали. Плюс традиционные и ментальные особенности жителей страны, что также предоставляет детям серьезную защиту прав. И, конечно же, нельзя не сказать о созданной в Азербайджане с момента завоевания независимости солидной законодательной базе, благодаря которой наших детей, опять же, можно считать юридически защищенными. Можно считать… Но чувствует ли себя действительно защищенным ребенок даже при столь полном пакете действующих нормативных актов?  Ведь если подойти к данному вопросу с точки зрения существующего и общепризнанного в мире понятия «доступ к правосудию», то окажется, что в этой сфере в Азербайджане есть проблемы и немалые…

Кратко о международной практике в этой области. Признаться, в ходе работы над статьей, я, с большим удивлением, узнал о том, что Конвенция о правах ребенка, принятая Генеральной Ассамблеей ООН в качестве резолюции № 44/25 была утверждена лишь 20 ноября 1989 года. Декларация прав ребенка этой же международной структуры появилась в виде отдельного документа не многим ранее — в 1959 году. Получается, что впервые в мировой истории о правах ребенка серьезно заговорили лишь в  XX веке, и лишь несколько десятилетий тому назад мировое сообщество задумалось о том, что существующие нормы по правам человека не являются адекватными для того, чтобы отвечать специальным нуждам детей. Следовательно, сама международная нормативная база в этой сфере достаточно молода, что делает вопрос защиты прав детей на национальном уровне еще более актуальным.

Каких успехов добился Азербайджан в этой сфере?

Свое мнение по данному вопросу президент Азербайджана Ильхам Алиев выразил в письме, адресованном участникам Третьего общереспубликанского форума детей, прошедшего в Баку 17 ноября 2014 года и организованного Государственным комитетом по проблемам семьи, женщин и детей, Фондом Гейдара Алиева и Детским фондом ООН (UNICEF).

«В Азербайджане защита прав ребенка регулируется законодательством, реализуются конкретные меры и государственные программы, связанные с усилением социальной защиты детей. В нашей стране уже имеются необходимые условия для улучшения здоровья детей, правильной организации их обучения и воспитания, для физического, умственного и интеллектуально-духовного развития, а также для проявления ими собственных талантов. Сейчас главная цель – воспитать детей в качестве достойных граждан, уважительно относящихся к нашему богатому культурному достоянию, и сформировать как всестороннюю личность» — написано в письме главы государства.

Таким образом, если резюмировать сказанное, то в Азербайджане уже реализованы или находятся на стадии реализации меры государственной социальной защиты детей и теперь стоит думать лишь о воспитании из них достойных граждан. И возможно, именно ввиду ошибочности самой этой установки, у нас катастрофически мало предпринимается мер по реальной организации доступа детей к правосудию. То есть мы говорим о правах ребенка, которые ему предоставляет страна и общество, и не задумываемся о том, в какой степени он может воспользоваться этими своими правами.

Объяснюсь.  Дети относятся к слабозащищенной категории людей с ограниченным доступом к правосудию. Международным сообществом отнесены к уязвимым в этой области также и женщины, беженцы (мигранты или вынужденные переселенцы), инвалиды, которые не всегда могут подняться в здание суда только потому, что там слишком высокие ступеньки. А ребенок может сочетать в себе сразу все эти характеристики. Он может быть лицом женского пола, беженцем и одновременно инвалидом и т.д. У детей нет денег на найм адвокатов, они не обладают многими гражданскими функциями, связанными с дееспособность, и потому их интересы представляют взрослые. Отсюда и возникает возможность злоупотреблений. Дети физически слабы и могут быть объектом домашнего насилия. Нередко они становятся объектом и специфических видов преступлений…

Поэтому законодательство развитых стран мира продвигается именно по пути развития механизма доступа этих слабозащищенных людей к правосудию.

А в Азербайджане, тем временем, имеется около 20 законов, регулирующих права детей, и в общей сложности более 40 статей законов, которые регулируют отдых, лечение, образование и занятие детей спортом. И если само наличие такой нормативной базы – это более чем прекрасно, гораздо важнее, как быстро и насколько эффективно ребенок может защитить свои права при помощи предоставленных ему государством механизмов. Речь идет о гарантии со стороны государства в этой области.

Как азербайджанское законодательство защищает детей?

В поиске ответа на этот вопрос я обратился к соответствующим страницам сайтов Министерств юстиции Азербайджана (http://www.justice.gov.az/hr_top.php) и Государственного комитета по проблемам семьи, женщин и детей (http://scfwca.gov.az/?cat=44), где приводится перечень международных Конвенций, законов и других нормативных актов Азербайджанской Республики, нацеленных на защиту прав граждан. Не стану подробно описывать увиденное, поскольку с опубликованными там списками вы можете ознакомиться самостоятельно. Задам лишь вопрос: какое отношение к возможности ребенка воспользоваться своим правом имеет Госпрограмма социально-экономического развития Баку и пригородов в 2011 и 2013 года, которая размещена Госкомитетом по проблемам семьи, женщин и детей в рубрике «Госпрограммы, связанные с детской политикой»? А на сайте Министерства юстиции вообще не оказалось страницы, посвященной детям, и где чуть ли не пошагово разъяснялось бы, каким образом несовершеннолетние могут защитить предоставленные государством права.

Захожу и на сайт Министерства образования Азербайджана (http://edu.gov.az/az), где во всю красуется заветный телефон горячей линии «146». Набираю, жду. Автоматический голос из трубки регулярно благодарит меня за терпение и сообщает номер в очереди лиц ожидающих связи. Как бы там ни было, но оказалось, что защитой прав учащихся и в целом детей, в ведомстве занимается Управление деинституилизации и защиты детей, в ведении которой находится защита прав детей в интернатах. По телефону «146» можно обратиться, если ребенок подвергается насилию в школе, если же насилие имеет место дома, то здесь операторы горячей линии и в целом Минобразования бессильны, поскольку тогда следует звонить в полицию. Часто ли по «146» поступают звонки от детей и как отреагируют в горячей линии, если вдруг поступит звонок от ребенка, подвергшегося насилию? Для ответа на этот вопрос оператор попросил меня подождать для того, чтобы он мог с кем-то проконсультироваться и дать квалифицированный ответ. Тишина в телефонной трубке и является ответом на мой вопрос. Не часто!

О том, что в плане защиты прав ребенка в Азербайджане есть проблемы, неоднократно говорили как представители задействованных в стране международных структур, так и местных государственных организаций. Помнится, еще в 2010 году во время посещения страны региональным директором UNICEF по странам Центральной и Восточной Европы и СНГ Стивеном Алленом поднимался вопрос о нередких ранних браках в нашем обществе, о невысоком стремлении некоторых родителей дать ребенку образование, о незнании детьми своих прав, беспризорничестве и т.д. Кстати, о незнании детьми своих прав говорит и глава юридического отдела Госкомитета по проблемам семьи, женщин и детей Азербайджана Талия Ибрагимова в интервью одному из местных агентств (http://news.day.az/society/522646.html) в материале «Защищать права детей в Азербайджане станут еще эффективнее». «В соответствии с Семейным кодексом, в случае, если права ребенка в семье нарушаются, он имеет право обратиться в органы попечительства и опеки или в комиссии по делам несовершеннолетних при местной Исполнительной власти, — отметила она. — Просто наши дети не знают об этом. Однако, среди них есть и те, кто обращается. Дети, столкнувшиеся с насилием в семье, обращаются в Госкомитет, и мы проводим необходимую работу с целью восстановления их прав».

В рамках проекта по модернизации судебной системы Азербайджана, реализуемой посредством Всемирного банка (общий объем только дополнительного утвержденного в 2011 году финансирования оценивается в 61,7 миллиона долларов) и нацеленного на развитие потенциала азербайджанской судебной системы, повышение ее эффективности и содействие в внедрении информационных услуг, в стране вроде бы были созданы Центры по консультации уязвимых слоев населения, однако эти структуры действуют при местных районных судах. И как, спрашивается, ребенку, нуждающемуся в помощи, обратиться в такие Центры, если даже я в качестве журналиста узнал об их наличии только в ходе разработки этой статьи? Название этих структур не проходит ни в одной социальной рекламе по телевидению, радио или других СМИ.

Итак, (повторюсь в который уже раз!) главная проблема в Азербайджане в плане защиты прав детей – это отсутствие на должном уровне их осведомленности о своих правах и механизмах их защиты. И одним лишь указанием горячей линии (012-48-22-80) в очень уж редких социальных роликах на телевидении или еще более редких рекламных плакатах в городе, здесь не обойтись. Но предположим ситуацию, что ребенку удалось сообщить о своей проблеме. Достаточно ли в Азербайджане институтов, которые могли бы оперативно оказать ему помощь? По мнению юристов, с которыми мне пришлось общаться в ходе сбора материалов к статье, эти структуры не обязательно должны действовать как неправительственные и могут быть и государственными, но обязательно обладающими оперативностью реагирования на любой сигнал. И, вроде бы, такие структуры у нас есть, однако насколько квалифицированна оказываемая ими помощь, если ни в одном высшем учебном заведении Азербайджана не преподаются дисциплины, основанные на понимании специфики защиты прав детей. Ведь такие люди должны быть специально обучены задавать правильные вопросы, учитывать специфику детской психики, правильно оценивать информацию, выдаваемую ребенком. «Ущемленные в правах, да и вообще все дети, склонны что-то преувеличить или могут не заметить какое-то важное обстоятельство, — говорит юрист, участвующий в проектах Всемирного Банка по улучшению доступа к правосудию Эльдар Меджидов. — Грамотный адвокат при судебном разбирательстве всегда сможет легко запутать ребенка и получить нужные признания. А наличие независимых специалистов очень важно, когда есть подозрение, что ребенок должным образом не представлен в государственных органах, или присутствует конфликт интересов со стороны опекунов. По идее, защитой прав детей должен заниматься беспристрастный орган, не придерживающийся государственных или любых других позиций, и исходящий исключительно из соображений защиты самого ребенка. Вот почему в ряде стран права детей вроде и защищают омбудсманы (или даже детские омбудсманы), однако сам факт создания такого института тоже явно недостаточный».

Получается интересная картина. В количественном отношении, то есть по числу законов и в целом нормативных актов, защищающих права ребенка, Азербайджан не уступает многим развитым странам мира. Деньги на всевозможные проекты, вроде, тоже выделяются, причем измеряются десятками миллионов долларов. И не важно — из собственных средств государства или заимствованных у международных институтов, что, в конечном счете, одно и то же, поскольку все эти кредиты, пусть и постепенно, но нам придется возвращать из бюджетных денег. А вот сказать, каких именно успехов мы действительно достигли в области защиты прав детей и насколько наши с вами дети реально защищены, мы не можем, поскольку отсутствует элементарная статистика, отражающая эффективность работы НПО и государственных структур. Кто из нас может назвать точную цифру того, сколько судебных дел, конкретно нацеленных на защиту прав малолетних детей, рассматривалось в азербайджанских судах в 2015 году? Сколько обращений поступило в суды от самих детей? Сколько среди этих обращений было исков по делам алиментов или по насилию дома или в школе? Какое количество из принятых к усыновлению детей хотели бы отказаться от новых родителей? Сколько детей недовольны своими опекунами и считают, что их права ущемлены? Такие вопросы мы можем задавать бесконечно, но четкой статистики по ним нет, поскольку, чтобы появился подобный анализ, необходимы профессионалы, люди не просто способные грамотно подходить к вопросу, но и учитывать международные стандарты в этой области. То есть одним лишь созданием в районных судах Центров по консультации уязвимых слоев населения или вывешиванием на официальных сайтах госстурктур Госпрограмм социально-экономического развития страны, такие вопросы не решить.

И в результате мы, как говорится, имеем то, что имеем: вроде есть лица, ответственные за защиту ребенка, но они не на своем месте, поскольку в стране слабо работает система ответственности и подотчетности по данному вопросу.

И вновь о международной практике

Кстати, если уж говорить о практике других стран и вернуться к вопросу международных норм, то невозможно не отметить, что общепризнанными в плане защиты прав детей считаются «Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних». Документ был принят в 1985 году в ходе прошедшей в Китае сессии ООН и потому его еще называют «Пекинские правила». И отдельные его пункты нашли отражение практически во всех нормативных актах Азербайджана, нацеленных на защиту прав ребенка. Но вышеприведенные проблемы в данной области от этого не перестают существовать, и мы по-прежнему исходим из того, что автоматически все решает само наличие законодательной базы.

Не интересен нам и конкретный опыт ряда стран в плане защиты детей. Скажем, в Европе существуют специальные агентства по недискриминации и специалисты по социальной работе в Германии, Голландии, Великобритании (и в США, кстати, тоже) наделены столь широкими полномочиями, что еще до возбуждения уголовного дела могут ходатайствовать об отчуждении ребенка от родителей. Более того, в Германии само государство финансирует различные неправительственные организации, чтобы те занимались защитой прав детей.

Есть в мировой практике и интересные программы в этой области. В австралийском городе Вага Вага в 1991 году была организована довольно эффективная «Программа предупреждения несовершеннолетних», в соответствии с которой полиция направляет дела большинства малолетних правонарушителей не в суды, а на разбирательство на уровне посредников, пострадавших, самого нарушителя, его родителей и социальных работников для достижения соглашения. Во Франции получает популярность программа «Ознакомление с законом», предусматривающая официальную беседу представителя суда с несовершеннолетним и его родителями. Ребенок знакомится с текстом закона и тем, какой приговор мог бы вынести ему суд. Вроде бы помогает… А в Шотландии уже хорошо известна система «Слушания по делам детей», где в ходе консультаций обсуждаются проблемы, которые могут привести к серьезным правонарушениям и перечеркнуть благополучие ребенка.

И в завершении хочется поговорить не о причинах, а о следствиях слабой (читай несвоевременной, недостаточной и т.д.) защищенности детей. Права ребенка вступают в силу тогда, когда он остается с проблемами один на один, когда некому за него заступиться, когда права нарушаются матерью или отцом, когда у него нет матери или отца, когда его привлекли к ответственности и поместили в спецучреждение, когда он инвалид и вынужден находиться под присмотром других людей… И если в 2015 году от общего числа совершенных в Азербайджане преступлений 2,9% (477 случая) приходится на подростков в возрасте 14-18 лет (данные взяты с сайта Госкомитета по статистике, http://www.stat.gov.az/source/crimes/), то значить где-то дает сбой либо система профилактики преступлений, либо слабы механизмы защиты прав детей. Кто знает, какой процент этих преступлений удалось бы избежать, если бы, прежде чем стать преступником, ребенок смог бы вовремя сообщить в государственные структуры о своих проблемах?

Помните: дети становятся уязвимыми тогда, когда они никому кроме себя не интересны.

P.S.

Статья написана в рамках журналистского конкурса, объявленного немецким Обществом Международного сотрудничества (GIZ) в рамках программы «Адаптация к европейским стандартам в правовой сфере в Южном Кавказе» на тему «Защита прав детей: национальное и международное законодательство и практика».

Тогрул РУХУЛЛАОГЛУ