KMO_134796_00186_1_t218_163250
Обозреватель ИД «Коммерсантъ» Сергей Строкань объясняет, почему Москва намерена форсировать процесс урегулирования нагорно–карабахского конфликта.

Накануне нового года Москва обнародовала свою новую доктрину отношений с внешним миром. Документ, озаглавленный «Концепция внешней политики Российской Федерации», стал новой версией предыдущей доктрины 2013 года, заметно измененной и расширенной. Определяя международные приоритеты Кремля и его основные подходы к урегулированию кризисов в области безопасности, 36-страничный документ не обошел стороной и проблему Нагорного Карабаха. Причем содержащийся в нем призыв в чем-то можно считать неожиданным, если не сенсационным.

Ссылка на ситуацию в Закавказье содержится в той части доктрины, которая касается замороженных конфликтов на постсоветском пространстве. Напоминая, что Россия активно выступает за их политико-дипломатическое решение, документ призывает к урегулированию нагорно-карабахского конфликта во взаимодействии с другими государствами – сопредседателями Минской группы ОБСЕ, на основе принципов, изложенных в совместных заявлениях президентов России, Америки и Франции, сделанных в 2009-2013 годах.

В самом по себе призыве к активизации Минской группы ОБСЕ нет ничего принципиально нового – подобные заявления звучали в Москве и ранее. Однако апелляция к почти забытым в условиях нынешнего системного кризиса в отношениях России и Запада совместным заявлениям лидеров России, Америки и Франции, обнародованным еще до начавшейся в 2104 году войны санкций, дорогого стоят.

По сути, сегодня Москва предлагает дать этим документам вторую жизнь, призывая западных партнеров использовать те предложения и наработки по Нагорному Карабаху, которые были сделаны на рубеже первого-второго десятилетий 21-го века, но, к сожалению, так и ушли в песок.

О чем, собственно, идет речь?

Вот только один пример. Пять лет назад, в 2011 году, когда Россия еще была членом «группы восьми», которую в обиходе у нас называют «большой восьмеркой», во французском городе Довиль прошла встреча лидеров восьми мировых держав. Америку на ней представлял Барак Обама, Россию – Дмитрий Медведев, Францию – хозяин встречи Николя Саркози.

Именно тогда президенты США, России и Франции сочли необходимым выступить с совместным заявлением по Нагорному Карабаху. В нем, в частности, говорится: «Мы, президенты стран — сопредседателей Минской группы ОБСЕ — Франции, Российской Федерации и Соединенных Штатов Америки, убеждены, что пришло время для принятия решительных действий по мирному урегулированию карабахского конфликта со стороны всех его участников».

В общем, собравшиеся в Довиле лидеры США, России и Франции послали сторонам конфликта четкий и недвусмысленный сигнал – дальше тянуть с решением проблемы недопустимо, лидеры противостоящих сторон должны провести работу по подготовке населения своих стран к миру, а не войне.

Более того, три президента напомнили о составленном Минской группой ОБСЕ Документе об основных принципах мирного урегулирования конфликта, исходящего из необходимости сдвинуться с неприемлемого статус-кво. Обращаю внимание только на одну цитату из того документа: «Дальнейшее промедление вызовет сомнения в решимости этих стран заключить мирное соглашение».

Не удивительно, что такую позицию тройки мировых лидеров в Баку сочли «обнадеживающей». Ведь президенты США, России и Франции четко и недвусмысленно напомнили о том, что добиться урегулирования при сохранении статус-кво будет невозможно. Вот как прокомментировал сигнал Довиля президент Азербайджана Ильхам Алиев: «До сих пор мы не слышали таких четких и серьезных заявлений. То есть, изменение статуса-кво означает, что оккупационные силы должны быть выведены с захваченных земель, и территориальная целостность Азербайджана должна быть восстановлена».

И вот сегодня, несмотря на то, что после конфликта на Украине Россия перестала быть членом «большой восьмерки», она сочла возможным и необходимым попытаться реанимировать то наследие своего сотрудничества с Западом, которое не потеряло актуальности и сегодня. К этому наследию относится и сформулированный в 2009 – 2013 годах общий подход к нагорно-карабахскому конфликту.

Зададимся вопросом: возможно ли реанимировать то, о чем говорилось в Довиле? Пусть не сегодня, так завтра?

Такой сценарий не выглядит чисто умозрительным. Во-первых, избрание президентом США Дональда Трампа открывает новые возможности для российско-американского сотрудничества в урегулировании региональных конфликтов, в том числе, в Закавказье. Кроме того, уже весной будущего года новым президентом Франции может стать кандидат от правой Республиканской партии Франсуа Фийон — соратник, а не политический оппонент Николя Саркози. Именно его считают фаворитом гонки. Он тоже готов активно работать с Россией. Тогда внешнеполитическое наследие Саркози может оказаться востребованным.

Что же касается России, то ее заинтересованность в форсировании процесса нагорно-карабахского урегулирования, предполагающее изменение статус-кво, объясняется в числе прочих факторов меняющейся ситуацией в регионе. Нормализация отношений с Турцией, а также перспективы налаживания новых рабочих отношений с администрацией президента Трампа, открывают России новые возможности для реализации ключевого вопроса в ее внешнеполитической доктрине интеграционного проекта — большой Евразии. Реализовать такой проект без широкого участия Азербайджана невозможно. Однако сохранение проблемы Нагорного Карабаха способно перечеркнуть эти усилия.

В общем, новая внешнеполитическая доктрина России способна придать нагорно-карабахскому урегулированию новый импульс. Важно, чтобы он не растаял, как горное эхо, и снова не ушел в песок.

Источник: «Москва-Баку«.