maydan

Тем, кто родился в 80-е годы и позже, тем, кому не довелось быть активным участником  «мейдановской эпопеи», наверно, трудно будет представить, прочувствовать и понять уникальное место тех событий в новейшей истории и жизни азербайджанского народа.   Эти 18 дней (с 17 ноября по 5 декабря 1988 года) беспрерывных многотысячных митингов, эти 18 дней  общенародной круглосуточной «мейдановской жизни» по своему особому характеру, грандиозному резонансу и колоссальному влиянию на общественное и индивидуальное сознание были беспрецедентными. Они навсегда врезались в сердца и  память участников тех событий как величественная, яркая и светлая страница жизни.

***

К сожалению, к великому феномену нашего Мейдана по сей день неадекватное и несправедливо  малое внимание уделяют научные и творческие круги Азербайджана, наши историки, публицисты, поэты, писатели, композиторы, режиссеры, средства массовой информации и политическая элита страны (как властвующая, так и оппозиционная).  А то, что говорится и пишется о Мейдане, как правило,  либо направлено на очернение и принижение роли тех событий, либо  несет на себе печать политической конъюнктуры.   Увы, наш народный Мейдан  все эти годы был не в особом почете ни у действующей власти, ни у демократической оппозиции, поскольку предшествовал появлению и той, и другой.  Власть, привыкшая трансформировать под себя  всю новейшую историю Азербайджана и  испытывая затруднения с «авторизацией» Мейдана, в конце концов свела этот праздник Национального возрождения до статуса обычного рабочего дня. Демократическая оппозиция как организованная политическая сила появилась после и даже отчасти вследствие Мейдана и этот факт вызывает у нее ревностные чувства. Мейдан, хотя и имел своих бесспорных героев и лидеров, но по большому счету был  творением всего азербайджанского народа и порождением исторического момента.

Сейчас одни пытаются свести  эти грандиозные  манифестации к каким-то сценарным проискам КГБ, другие стремятся увязать эти народные баталии  с далеко просчитанными планами Гейдара Алиева и его сторонников. Третьи норовят утопить величие тех событий в мелочных дрязгах по выяснению того, кто снабжал дровами, пирожками и сигаретами участников акции и по поводу судьбы денег, собираемых на Мейдане. Я не оспариваю право историков, публицистов, экспертов, политиков  и просто злопыхателей всесторонне и досконально исследовать все перипетии и  всю подноготную мейдановских событий. Я вполне допускаю  наличие в этих событиях и руки спецслужб. Я не ставлю под сомнения и «миршахиновские расследования» про пирожки, дрова и деньги. Но при этом нельзя «за деревьями не видеть леса», нельзя  терять объективность, впадать в конъюнктурность и утрачивать целостный исторический взгляд  при освещении столь ярких  и великих событий, сыгравших большую роль в жизни всего нашего народа. Ведь если подходить с такими  сугубо «конспирологическими» и «пирожковыми» мерками к любым  проявлениям «народной революции»  (скажем, к тому же «Евромайдану»), то обязательно всплывут чьи-то руки, чьи-то следы, чьи-то корыстные и прочие интересы. Это тривиально. Но эти отдельные факты не могут ставить под сомнение или служить основой для очернения всего исторического события, поддерживаемого всем народом.

С позиций сегодняшнего дня и сегодняшних поколений, не знавших тех советских реалий, трудно осознать грандиозность, значимость и степень влияния «мейдановской эпопеи».  До Мейдана – это был другой Азербайджан – тоталитарный, коммунистический и всецело подчиненный имперской воле Москвы, только-только запустившей сепаратистский карабахский конфликт. Казалось бы в той ситуации ничто не предвещало  вулкана активности народа, который 70 лет молчал, терпел и словно бы смирился со своей колониальной и «мангуртской» судьбой. Были навязанные из центра политические структуры (компартия, комсомол, пионерия, октябрята, ленинские профсоюзы и пр.) навязанный флаг, навязанный гимн, навязанная конституция, навязанный алфавит (кириллица), навязанная псевдоистория, навязанный псевдоинтернационализм, навязанный миф о «дружбе народов», навязанные советские штампы поведения и стереотипы сознания. До Мейдана значительное большинство населения не знало своей национальной истории, своих национальных корней, своей национальной культуры.  Мейдан снял повязку с глаз народа, вернул ему слух и дар речи, восстановил его память.

Мейдан по праву считается днем Национального Возрождения Азербайджана. Именно на Мейдане впервые был поднят наш трехцветный национальный флаг, именно на Мейдане широкие круги граждан узнали скрываемую и  искажаемую коммунистами всю правду об АДР и его лидере М.-Э. Расулзаде, именно на Мейдане народ впервые за очень долгое время вновь почувствовал сопричастность к своей великой тюркской истории, к своей национальной культуре, к своей утраченной государственности,  именно на Мейдане он зарядился патриотической энергией для борьбы за Карабах и  суверенитет страны.

Порой говорят, что Мейдан не достиг своей цели, потерпел поражение и был жестоко разогнан в итоге советскими войсками в ходе ночного карательного очищения площади. Нет, это не так. Мейдан выполнил свою великую историческую миссию – он вернул народу его память, историю, чувство национальной солидарности, заряженность на борьбу и дал всей стране мощный импульс на суверенный путь развития. Этот импульс послужил основой в последующие годы борьбы за независимость, он  нашел отражение в новой Конституции, он обусловил стратегический курс суверенного развития страны, которого обязаны неуклонно придерживаться  и власти современного Азербайджана.   Точно так же, как киевский Евромайдан  оформил заявку, обусловил курс  и  очертил ориентиры последующего развития страны, так и наш Мейдан – он не только стал катализатором национального возрождения, но и определил главные цели  борьбы и развития  – в защиту территориальной целостности  и независимости Азербайджана.

Наш Мейдан был первым и пожалуй единственным на тот период опытом мирного, столь массового и продолжительного  Всенародного Вече  в пространстве ещё не распавшегося СССР. Стоит напомнить, что наш Мейдан не ограничивался только рамками столицы – в эти дни вся страна  словно была единым Мейданом – постоянные митинги проходили  во многих городах и районах республики. Не случайно,  по итогам 1988 года азербайджанцы были признаны народом года, а мейдановские события и его пролетарского героя Неймата Панахлы нередко тогда сравнивали с польским движением «Солидарность» и его лидером Лехом Валенсой. Можно провести и более смелые аналогии и сказать, что в  определенной мере наш Мейдан стал прообразом будущих  «бархатных революций»  и  похожих мейдановских акций («Евромайданов») на постсоветском пространстве. Но при этом не будем забывать, что он состоялся в далеком 1988 году, в бытность СССР, коммунистической  монополии и нахождения советских войск в стране. То есть, в гораздо более закрепощенных и тяжелых   условиях. А потому – честь и хвала народу – главному зодчему и герою нашего Мейдана. И я вправе  верить, что  если реальная угроза территориальной целостности и  суверенитету страны востребует новый Мейдан, то народ Азербайджана опять проявит солидарность, патриотизм и поднимется на борьбу.

Зафар Гулиев (1951-2015)

17.11.2014