thumb_20150616032751062

Сегодня исполнилось 23 года со дня оккупации ВС Армении Губадлинского района Азербайджана. 31 августа 1993 года подразделения ВС Армении захватили 94 села и районный центр Губадлы, после чего свыше 30 тыс местных жителей пришлось уйти из родных мест. Сегодня вынужденные переселенцы расселены в 47 районах Азербайджана. О том, что происходит сейчас на оккупированных территориях и о перспективах нагорно-карабахского урегулирования «Вестнику Кавказа» рассказал директор Института политических исследований Сергей Марков.

— По вашей оценке, в каком состоянии сегодня находятся семь оккупированных азербайджанских районов, в том числе Губадлинский?

— Проблема в том, что мы не можем точно знать, в каком они находятся состоянии: доступ наблюдателей на оккупированные территории затруднен. Есть лишь общее понимание, что районы разорены, и там нет никакой активной жизни, ничего не происходит. Армянское население туда не едет, поскольку руководство Армении рассматривает эти районы как объект обмена на будущее. По факту, сейчас все ждут, когда они будут наконец освобождены и переданы Азербайджану – только тогда и начнется их восстановление и рекультивация. А точное их состояние сейчас не известно никому.

 — Насколько трудным и затратным будет восстановление этих районов после их деоккупации?

— Я считаю, что это потребует напряжения всех сил азербайджанского общества и государства, поскольку там все же уровень разгрома очень высокий. Тем не менее уверен, население Азербайджана возьмется за восстановление своих территорий с энтузиазмом.

 — На ваш взгляд, достаточно ли понимания у мирового сообщества, что эти районы вокруг Карабаха означают для Азербайджана и азербайджанского народа?

— По всей международным документам не только эти районы вокруг Нагорного Карабаха, но и сам Нагорный Карабах рассматривается мировым сообществом как принадлежащие Азербайджану, об этом свидетельствуют резолюции ООН и другие документы. Однако мировое общественное мнение вряд ли понимает, что семь районов вокруг Карабаха – не то же самое, что сам Карабах. Ситуация же уникальна тем, что оккупирующая сторона захватила не только карабахский регион с достаточно высоким процентом армян среди населения, но и районы, где число армян среди местных жителей было минимальным. Азербайджану необходимо сделать этот факт достоянием общественного мнения, дабы не только специалисты и лидеры государств это понимали, но и общественное мнение большинства стран разбиралось в проблеме.

— Насколько вероятной на данный момент представляется добровольная деоккупация Ереваном этих районов вокруг Карабаха? Растет ли сейчас вероятность военного их освобождения?

— Я думаю, весьма вероятно формирование компромисса по «Казанской формуле», по которой Армения возвращает эти семь районов в обмен на деблокаду границ, демилитаризацию региона и начало переговоров о статусе Нагорного Карабаха. Если же никакого мирного решения достигнуто не будет, с высокой вероятностью может произойти военное освобождение этих районов, причем на них война не остановится, но с неизбежностью выйдет и в сам регион Нагорного Карабаха.

 — В целом, на каком этапе, по вашему мнению, находится сейчас процесс мирного урегулирования нагорно-карабахского конфликта?

— Процесс мирного урегулирования нагорно-карабахского конфликта сейчас находится на очень важном этапе интенсивных закрытых переговоров о возможности большого временного исторического компромисса на основе «Казанской формулы». Там есть множество нерешенных вопросов. Руководство Армении в какой-то степени пытается сопротивляться, поскольку оно хотело бы, в конечном счете, обменять семь районов на признание Азербайджаном независимого статуса Нагорного Карабаха – и обмен их на деблокирование границ, демилитаризацию региона и начало переговоров о статусе рассматривается им как поражение. Мне же это поражение не кажется – это важный компромисс для обеих сторон. Время работает против Армении, потому что постоянно происходят изменения соотношения сил в пользу Азербайджана.