adfsdf-11-2 (1)

9 февраля 2015 года распоряжением президента Ильхама Алиева Джавид Гурбанов был назначен новым начальником ЗАО «Азербайджанские железные дороги». Для оценки прошедшего года и проделанной работы газета «Ени Мусават» побеседовала с Джавидом Гурбановым. Представляем Вашему вниманию вторую часть интервью:

— Джавид муаллим, время от времени в медиа и ваших выступаниях говорится о международных транспортных маршрутах «Восток-Запад» и «Север-Юг». Со стороны это выглядит таинственно. Например, об этих маршрутах осведомлены профессионалы и специалисты. Что вы можете рассказать о них простым читателям?

— Сначала поговорим о международном транспортном маршруте «Север-Юг». Согласно официальной статистике, в мире проживает 7 миллиардов человек. Около 4 миллиардов приходится на долю Индии и Китая. В Европу только лишь из Китая отправляется 100 миллионов грузов. Экспорт и импорт.

— По какому маршруту?

— В Евразийском пространстве есть три маршрута. Один –морской.  Груз отправляется из Мумбая (Бомбей) и прибывает в Европу – Хельсинки, Франкфурт, Роттердам.  Второй маршрут проходит через Россию. Выезжает из Китая и проходит через Россию. Он занимает 15-20 дней. Третий маршрут – проходящий через Азербайджан Шелковый путь. Его создали наши предки 4000 лет тому назад. Я видел в Китае карту 2000-летней давности. Раньше по этому маршруту ходили караваны. Теперь мы проложили железную дорогу.

— Каков этот маршрут?

— Он стартует из Китая, проходит через нас и отправляется в Европу. Если мы говорим юг-север, эта линия идет из Индии, проходит через Иран, Астару, затем через Россию отправляется в Хельсинки.

— Может ли этот проект восполнить наши потери от снижения цен на нефть?

— Наш объем ВВП составляет около 75 миллиардов. Мы не может приносить столько же прибыли, как нефть. Но мы должны научиться жить без нефти. Доход могут принести транспортные коридоры, мы ими занимаемся. Развитие сельского хозяйства, туризма и транспортных коридоров повлияет на экономику.

— В прошлом месяце в Баку прошло международное мероприятие. Состоялось заседание при участии руководителей железнодорожных управлений нескольких стран, были достигнуты некоторые соглашения. Каковы перспективы того, что в скором времени эти соглашения превратятся в работающий механизм?

—  Мы рассмотрели политику цен за транзит. Железнодорожные управления рассмотрели регулирование цен для привлечения в коридор транзитных грузов. По мере возможности каждый снизил цены в своей сфере, приняли во внимание облегчение процедур, подписали соглашения о сотрудничестве. Мы создали между собой координационный совет по Транскаспийскому маршруту. В этот совет вошли Казахстан, казахстанские железные дороги, казахстанские порты, судоходство, азербайджанские железные дороги, азербайджанские порты и судоходство, грузинские железные дороги, грузинские порты.

— Сколько всего вошло стран?

— Четыре: Украина, Грузия, Азербайджан, Казахстан. В настоящее время к нам хотят присоединиться Болгария, Румыния и Турция.

— Принесет ли это экономическую выгоду?

— Это делается для облегчения и ускорения грузоперевозок. Например, итоговую цену за перевозку груза по всему маршруту сможет определить экспедитор ЗАО «Азербайджанские железные дороги», так как мы заранее устанавливаем единую тарифную политику.

— В январе по международному маршруту был отправлен первый эшелон из Бакинского морского порта в Китай. В прессе это назвали «первой ласточкой».

— В настоящее время эти дела идут хорошо. Между Казахстаном и Китаем строится терминал стоимостью 600 миллионов долларов за счет китайских инвестиций. Китай предусматривает это не для импорта, а для экспорта. Сейчас, когда экономика ослабла, а цены на нефть идут вниз, все стараются экспортировать товары. Мы же хотим увеличить число транзитных перевозок.

— В последние месяцы АЖД и вы проводите встречи с представителями различных международных компаний – российских, китайских, европейских. Каковы результаты?

— Все отлично, они соглашаются с нами. Главное – мы создали маршрут Юг-Запад. Также мы проводим переговоры с железными дорогами и компаниями Ирана. В Москве тоже проводятся встречи. Там интересуются маршрутом Север-Юг. Мы встретились с российскими, грузинскими и швейцарскими компаниями. Мы хотим пригласить в Азербайджан руководителя экспортного объединения Турции. Мы планируем провести в марте обширное заседание с иностранными предпринимателями и грузоперевозчиками. Если мы доведем грузоперевозки до отметки 25-28 миллионов тонн, то к 2025 году это может принести Азербайджану 300 миллионов долларов за вычетом трат и налогов. Это я считаю по минимуму, может быть и больше.

— Вы также являетесь депутатом. Вы представлены в комитете Милли Меджлиса по экономической политике. Теперь основной темой для обсуждения является экономический регресс. Как Азербайджан выйдет из этого кризиса?

— Не думаю, что Азербайджану что-то угрожает. В нашей стране нет экономического спада.

— Некоторые эксперты говорят, что Ильхам Алиев 7 лет защищал страну от этого кризиса.

— Правильно.  Не стоит забывать, что у нас есть стабильная политика и управляющей ею лидер. Речь идет об управляющем этой командой президенте. Ильхам Алиев не позволил этой политике дать трещину.

— А где она могла дать трещину?

— Есть неблагодарные люди, которые говорили, что стараются во благо страны и президента. Но после нашей проверки оказалось, что они занимались совсем иными делами.

— Так значит, вы имеете ввиду не оппозицию, прессу или НПО, а группу лиц внутри власти…

— Вы знаете, оппозиция должна быть здоровой. Обратите внимание, отношения между Россией и Турцией испортились, но в Турции все, включая оппозицию, сплотились вокруг властей.

— Давайте не будем отклоняться от темы. Скажите, кого вы имели ввиду, говоря, что они занимались иными делами?

— Некоторый процент этих людей выявился при первой же волне экономической встряски.

— А в чем это проявилось?

— Пресса прекрасно осведомлена, об этом много писалось. Я не хочу называть имена. Они замещены в делах с банками, это должностные лица и те, кто хотел вызвать беспорядки в регионах…

— Как вы думаете, беспорядки в регионах были спланированы и происходили под чью-то диктовку?

— Не думаю, что это было спланировано.

— Могли ли спровоцировать это?   

— В любом случае, постарались навести смуту. Но есть государство и государственность. Это государство уже не то, что в 1993 году, у него есть сила.

— Наверное, государство не станет применять эту силу против народа, а ополчится против тех, кто желает навести смуту.

— Под «силой» подразумевается политическая воля. Государство уже сформировано.

— После операции в МНБ в медиа стала распространяться разная информация. Некоторая подтвердилась, некоторую опровергли. Говорилось, что Эльдар Махмудов и его бывшая команда требовали долю с некоторых министров, высокопоставленных чиновников и глав комитетов. Требовали ли они что-то от вас?

— Нет, у них даже такой возможности не было. У нас было маленькое недопонимание, но оно решилось. Но на меня никто не «наезжал».

— Чувствую, вы не хотите углубляться…

— Неправильно называть людей преступниками без суда. Верность – хорошая вещь. В этих процессах проявилось, кто верен, а кто нет.

 — Узнал ли об этом господин президент?

— Если бы не знал, то не предпринял бы такие меры.

— Как обстоят дела с пленными Шахбазом Гулиевым и Дильгамом Аскеровым? Наверное, вы следите за этим процессом, как депутат от Кельбаджара. Удовлетворительна ли деятельность азербайджанского государства для их освобождения?

— Эта беда постигла не только Дильгама и Шахбаза. Эту политику армяне проводят против нас веками. Если бы проблема заключалась только в них, мы бы ее как-нибудь решили. Я, как депутат от Кельбаджара, постоянно держу этот вопрос на повестке дня, что еще я могу сделать? Я помогаю их семьям и родным.

— Один их них гражданин России, а у второго супруга является гражданкой России. Нельзя ли воспользоваться этим фактом для решения вопроса?

— Российский адвокат ответил, что это наша проблемы, и мы сами должны ее решать, а они готовы оплатить расходы. Но пока не получается решить эту проблему, так как она носит политический характер, и правовые меры тут не помогают. Вы же знаете об отношениях России и Армении.

— Какие у вас отношения с Зией Мамедовым, с которым вы работали в одной структуре?

— Мы проработали вместе 18 лет. Теперь же он возглавляет министерство, а я структуру. У меня с ним такие же отношения, как и с другими министрами.

— Той дружбы и отношений не осталось…

— Я всегда хорошо к нему относился. Мы работали вместе. У нас нет особых отношений, поздравляем друг друга по праздникам. Но мы не враги.

— Могли ли повлиять на ваши отношения структурные изменения? Вы возглавили структуру, которую вывели из его подчинения и сделали независимой… Не предъявлял ли он претензий из-за этого?

— Нет. Это решение принял президент.

— Вы постоянно заняты работой, отправляетесь на встречи за границу. Со стороны все завидуют депутатам. На самом ли деле есть чему позавидовать? Хватает ли у вас времени на личную жизнь и отдых?

— Если ты оказался нужен кому-то или для чего-то в этой жизни, это уже становится ее смыслом. Я считаю, что я из хорошей семьи, у меня прекрасный отец и героическая мать, прекрасные дети и внуки, супруга. Ничто не дает той радости, когда к нам приходят мои внуки. Что еще нужно человеку, кроме прекрасной и здоровой семьи, что может быть лучше этого?

— Вы так просто обрисовали счастье, но у людей иногда представление о счастье более сложное.

— Чтобы быть счастливым, нужно быть проще. Во всем нужно искать положительные моменты. Жизнь коротка, не стоит ее усложнять.

— Каков ваш график?

— Уже 25-30 лет я встаю в 7 утра. Как только я просыпаюсь, то проверяю электронную почту. Читаю «Йени Мусават», другие газеты и сайты. В основном просматриваю заголовки.

— Вы начинаете день с чтения прессы…

— Да. Я читаю официальные новости, где то 10-15 минут. Я слежу за новостями, относящимися к моей сфере. Потом собираюсь и ухожу на работу.  У меня напряженный график: встречи, переговоры. Днем я не обедаю, ем яблоко. Я поправился и хочу похудеть (смеется).

— Употребляете ли вы спиртные напитки?

— Я ничего себе не запрещаю. Но и не злоупотребляю.

— Пьете ли вы при своем отце?

— Последние 2-3 года могу при нем выпить, а до этого не позволял себе этого.

— Это он вам поставил такой запрет?

— Это наша семейная традиция, проявление уважения к старшим.

— Каковы были отношения вашего отца с вашим дедом?

— Они очень любили друг друга.

— Берете ли вы на руки внуков при своем отце?

— Да. Но своих детей не брал и не ласкал при нем.

— Вы еще и творческий человек, пишите стихи. Внук ашуга Шамшира должен писать стихи, а играть умеете?

— Да.

— Но я не вижу у вас в кабинете саза.

— Я же не играю у себя в кабинете на сазе.

— Ну просто, как символ…

— Здесь железнодорожное управление и должны быть соответствующие символы.

— Вы хорошо играете?

— Я не ашуг, играю на среднем уровне.

— Джавид муаллим, какие другие должности вам нравятся еще? Часто говорят, что вы станете главой Исполнительной власти города Баку.

— Меня назначили на эту должность. Я служу президенту, стараюсь развить эту сферу. Я только-только привыкаю к железнодорожникам. Мне нравится эта сфера. Если господин президент останется доволен моей работой, то я хотел бы продолжить здесь.