da

В эксклюзивном интервью журналу 7days.ru Эмин Агаларов рассказал, как складываются его отношения с бывшей супругой, Лейлой Алиевой, с которой певец расстался полгода назад. «Мы развелись, но это не значит, что мы с Лейлой стали чужими. У нас по-прежнему прекрасные отношения, и эту связь никогда не разорвать, — говорит Агаларов. — В первую очередь, мы — родители, и наши сыновья Али и Микаил всегда на первом месте. По статусу мы свободны, но при этом у нас с Лейлой, детьми, бабушками и дедушками одна большая семья».

Более того, певец как к свой родной дочери относится к маленькой Амине, которую недавно удочерила Лейла. «Амине год и пять, совсем крошка, но при этом она огромное счастье для Лейлы, для дедушек и бабушек с обеих сторон, для моих семилетних сыновей, для меня. Маленький ребенок в доме — это прекрасно, — продолжает Эмин. — Она — крутая! Гоняет моих сыновей, ломает их конструкторы, и они не могут с ней справиться, боятся обидеть. Взрослые ее защищают: девочка же! Мальчишки обижаются: «Папа, ты должен это прекратить, она сломала все наши игрушки, как же ей не стыдно?!» А я объясняю: «Когда вы были маленькими, ломали все мои игрушки. Но я же на вас не кричал, терпел. И вы должны понимать, что она маленькая».

Несмотря на огромную занятость, Эмин делает все, чтобы проводить с детьми как можно больше времени. «Я стараюсь каждые семь-десять дней летать к ним в Баку. А на следующей неделе сыновья приедут в Москву, — рассказывает певец. — Амина — пока нет, она еще маленькая для серьезных перелетов. Должна чуть-чуть подрасти и окрепнуть, тогда тоже будет летать ко мне с Алишей и Микой. А мальчишек я беру с собой на работу, репетиции и встречи, чтобы они все время были рядом».

«Папа вечером вернулся домой и сказал: «У тебя родилась сестра». А через несколько дней рядом с моей постелью появилась маленькая кроватка, где в коконе из одеяла спала крошечная девочка. Я отправился к папе, разбудил его: «Пап, иди посмотри, какая у нас теперь дома живет прелесть». Мы с ним вдвоем сидели и любовались Шейлой», — рассказывает певец и бизнесмен Эмин Агаларов.

— Эмин, за год, что мы с вами не виделись, в вашей жизни произошли изменения: вы развелись с супругой Лейлой.

— Да. Но это не значит, что мы с Лейлой стали чужими. У нас по-прежнему прекрасные отношения, и эту связь никогда не разорвать. В первую очередь, мы — родители, и наши сыновья Али и Микаил всегда на первом месте. По статусу мы свободны, но при этом у нас с Лейлой, детьми, бабушками и дедушками одна большая семья.

— Недавно ваша семья стала боль­ше, ведь появилась маленькая Амина, которую удочерила ваша бывшая супруга. Как малышка вошла в семью?

— Она как будто всегда там была! Амине год и пять, совсем крошка, но при этом она огромное счастье для Лейлы, для дедушек и бабушек с обеих сторон, для моих семилетних сыновей, для меня. Маленький ребенок в доме — это прекрасно.

— Какой характер оказался у Ами­ны?

— Она — крутая! Гоняет моих сыновей, ломает их конструкторы, и они не могут с ней справиться, боятся ее обидеть. Взрослые ее защищают: девочка же! Мальчишки обижаются: «Папа, ты должен это прекратить, она сломала все наши игрушки, как же ей не стыдно?!» А я объясняю: «Когда вы были маленькими, ломали все мои игрушки. Но я же на вас не кричал, терпел. И вы должны понимать, что она маленькая». Теперь, когда вижусь с сыновьями, Амина почти всегда с нами. И знаете, уже воспринимаю ее как своего ребенка.

— Вы живете в разных городах. Часто удается пообщаться с детьми?

— Стараюсь каждые семь-десять дней летать к ним в Баку. А на следующей неделе сыновья приедут в Москву. Амина — пока нет, она еще маленькая для серьезных перелетов. Должна чуть-чуть подрасти и окрепнуть, тогда тоже будет летать ко мне с Алишей и Микой. А мальчишек я беру с собой на работу, репетиции и встречи, чтобы они все время были рядом.

— Вы рассказывали, что и вас лет с десяти отец брал на переговоры и деловые встречи…

— Да, я сам просился. Из-за плохого поведения родители не выпускали меня гулять одного. Единственный шанс вырваться из дома был пойти с отцом на работу. У моих детей это больше вынужденная мера. Я бы хотел с ними просидеть целый день, но не могу. Приходится совмещать работу и общение с сыновьями. Между деловыми встречами мы ходим в кино. Благо, офис у меня практически в «Вегасе». А пока я веду переговоры с партнерами, мальчишки сидят у меня в кабинете, что-то строят или смотрят мультики в Интернете. Недавно с детьми ездил в Дубаи, где у меня были концерты. Искали в магазинах наборы конструкторов «Фантастическая четверка», Человека-паука и Человека-муху. Сыновья говорили, что хотят увидеть в кино, — и мы вместе туда шли, ели попкорн, веселились.

Однажды смешная история произошла. Али просит: «Пап, купи мне колу». Я говорю: «Нет. Мама не разрешает». Но Али не сдается, он дипломат, пытается меня «развести»: «Ну, папочка, я тебе даю мужское слово, что ничего ей не скажу!» — «Ты же меня сдашь!» Мика подключается: «Пап, я тоже хочу!» И я говорю: «Пацаны, давайте так: если даете мне мужское слово, я вам ее покупаю. Но слово надо сдержать». Жмем руки, купил им эту газировку. Приехали домой, Али бежит к маме и радостно сообщает: «Мама, папа нам купил колу!» Микаил тоже за компанию спалился. Я говорю Али: «Ты же мне только что сказал, что ты меня не сдашь!» Все посмеялись. Идем в следующий раз в кинотеатр, и начинается та же история: «Пап, купи!» — «Нет, Али, — отвечаю. — Пока не научишься держать мужское слово, я тебе больше не пойду навстречу». Он не отстает: «Пап, просто я в прошлый раз не думал, что это так серьезно. Теперь точно буду держать себя в руках!» Но не убедил меня. Обошлись вишневым соком. Вот так потихонечку их и воспитываю.

— Ваши сыновья дружны или дерутся, как раньше?

— Сейчас дерутся еще больше — по самым разным поводам. Но я уверен, что, когда вырастут, станут лучшими друзьями. Да они и сейчас один без другого не могут. Разъединяешь их из-за драки, а уже через час оба спрашивают: «А где мой брат? Позови его! Я хочу к нему! Мы больше не будем». Очень тянутся друг к другу. И к сестренке Амине, кстати, тоже, хотя у обоих к ней, как вы поняли, много претензий из-за сломанных игрушек. (Смеется.) Они ее любят, опекают, заботятся. Особенно нежен с ней Мика: целует ее, обнимает.

— У вас тоже есть младшая сестра Шейла. Правда, про нее почему-то почти ничего не известно…

— Это потому, что она очень скромная. Если за столом ее попросить: «Скажи тост», — она потеряет сознание! Застенчивость в ней просто зашкаливает. При этом она очень добрая. Я обожаю, когда сестра рядом. Моя любимица! В детстве она, в отличие от меня, была послушной. Не нуждалась ни в каком воспитании. Как-то, когда мы жили в Нью-Джерси, поехали всей семьей на море отдыхать на две недели. Но сестра на весь срок с нами не осталась: улетела раньше одна. Объяснила: «Не могу, у меня школа. Каникулы закончились». Папа удивился: «А что, нельзя пропустить?» — «Нет». — «Ты что, не можешь заболеть, что ли?» — «Нет. У нас на больничный дается десять дней в году, два у меня уже израсходовано. Вдруг я снова заболею, и мне влетит».

Во многих американских школах такие жесткие ограничения. Так папе и не удалось ее уговорить. Шейла очень ответственная, старательная, обязательная. Всегда у нее отличные отметки. И домой во сколько обещала, во столько и приезжала. Мне как старшему брату даже не пришлось ее защищать: у нее все всегда в отношениях было гладко, никто ее не обижал! Я старше сестры всего на восемь лет, но при этом не просто старший брат, но и немного отец. Она появилась на свет, когда мы жили в Москве. Был холодный зимний вечер. Папа должен был лететь в Баку. Мама везла его на машине в аэропорт и по дороге вдруг сказала: «По-моему, мне надо в больницу». И вместо аэропорта они поехали в роддом. Папа в тот же вечер вернулся домой и сказал: «У тебя родилась сестра». Я в тот момент не очень осознал, что это такое. Но через несколько дней рядом с моей постелью появилась маленькая кроватка, где как в коконе спала крошечная девочка. Все легли спать, а я подошел к ней и разглядывал, разглядывал, разглядывал. Она мирно спала, посапывая. Потом я отправился к папе, разбудил его: «Пап, иди посмотри, какая у нас теперь дома живет прелесть». Мы с ним вдвоем сидели в нашей комнате рядом с кроваткой и любовались Шейлой. Это было 27 лет назад.

— И что, никакой ревности к сестре не было?

— Нет! Родители настолько мне доверяли, что даже оставляли ее со мной. Допустим, Шейле годик, мне девять. Они спокойно уходили на ужин, куда угодно, я оставался с сестрой. Мое дело было покормить, переодеть, уложить. И все это я успешно проделывал. Почему-то всегда боялся, что она замерзнет. Заворачивал ее перед сном в кокон из одеяла и закидывал подушками сбоку, чтобы не упала с кровати. А потом у нас всегда был такой диалог: «Тютя, тепло?» Она кивала: «Да». Я продолжал: «Удобно?» — «Да». Третий обязательный вопрос: «Тебе все нравится?» — «Да». Это значило, что Тютя может спать, завернутая как в коконе…

А еще меня с ней отправляли гулять. Но один раз мама увидела, что я бегаю за сверстниками с коляской, как с машинкой, и после этого как-то усомнилась, можно ли мне доверять. Хотя с Тютей было все нормально… Удивительно, как быстро пролетело время! Мы с сестрой и теперь постоянно на связи: переписываемся, созваниваемся. Понимаем друг друга во всем. Кстати, я до сих пор не называю ее Шейлой. Она для меня по-прежнему Тютя, Тютенок.

— Когда вы рассказываете про сестру, у вас даже голос теплеет…

— Это счастье, что в моей жизни есть мои девочки — Тютя, мама. Они дают мне абсолютную и безусловную любовь. Мне кажется, сильнее их меня никто не любит.

— Скажите, а как вас зовет мама?

— Эмиша. У нас очень теплые отношения. Сейчас мы вообще с ней лучшие друзья. Если мы находимся в одном городе, вечером звоню ей: «Мам, ты дома? Приглашаю тебя в ресторан. Сейчас заеду». За ужином собираются мои друзья — шумная, веселая молодежная компания. Но мама вписывается в нее абсолютно органично! Она — наш общий френд. Мамочка у меня замечательная. Любящая, прекрасная хозяйка, очень хлебосольная. Кстати, однажды мы из-за ее доброты чуть не пострадали. После переезда из Баку в Москву мы переселялись из квартиры в квартиру. Чуть поднакопим — и улучшаем жилищные условия. Сначала жили в однушке в Чертаново, потом в маленькой двушке на Ленинском проспекте, потом в самом центре — на Малой Бронной, но в коммуналке.

Когда появились деньги, хотели выкупить у соседей их комнаты. Но они никак не соглашались съехать. А мы не могли понять, почему они упираются переезжать: им предлагали хорошие условия. Оказалось, жить по соседству с нашей семьей им было невероятно комфортно. Моя добрая мама покупала на всех продукты, готовила всегда много и очень вкусно. И всех без исключения кормила. Конечно, соседи не хотели отказываться от такой сытой и комфортной жизни! Пришлось с мамой проводить воспитательную работу. (Смеется.) А ей было очень тяжело отказаться от привычки всех кормить и всех угощать. Она даже переживала по этому поводу.

Теперь у меня много разных ресторанов, и мама иногда приходит туда. Идет на кухню, показывает, какое новое блюдо можно было бы приготовить. Мамины блюда мы, кстати, вводим в постоянное меню. У нее кулинарный талант! Правда, это не стало ее основным занятием. Сейчас мама и Шейла в основном живут в Америке и занимаются недвижимостью.

— А на ваш концерт 11 декабря в «Crocus City Hall» мама с сестрой прилетят из-за океана?

— Обязательно! Это уже традиция: вся семья соберется, все друзья. К тому же 12 декабря у меня день рождения, так что концерт для моей любимой публики плавно перейдет в семейное торжество. На этот раз я не планирую дуэтных работ, как в прошлом году. Дуэт — это всегда компромисс двух артистов. Концерт будет сольным. Спою свои старые песни, которые уже знают и любят, и совсем новые композиции, которые сочинил недавно. Все в сопровождении моего бэнда. Постановкой шоу занимается гениальный режиссер Алексей Голубев. Будет великолепный оркестр, в общем — круто! Приходите!